-- Должен был, верно. И должен был спасти меня от демона-охотника. И должен был победить Лилитту, чтобы она не погибла от моей руки. И должен был сражаться вместе с нами, а не защищать нашего врага! – с каждой брошенной фразой парень всë наступал, заставляя ангела пятиться, -- знаешь, что, Нейт, ты много что должен был сделать. И не сделал, чëрт возьми, ничего!
Голос, поднявшийся до крика, внезапно затих. Место гнева заняла боль, настолько оглушительная, что Натаниэль едва ли не чувствовал еë. Боль бессильной обиды и чувство несправедливости. Действительно, какое право имел ангел радоваться своему личному счастью, если оно было куплено величайшей потерей для его ученика? Картинка медленно складывалась: если бы не смерть Лерайи, Роджер скорее всего не смог бы пробудить Бездну и не убил бы Изекиэля. Тогда Лючия, рано или поздно, снова стала бы пешкой Красноокого и убила бы своего любимого. Однако сама мысль о том, что своим счастьем они были обязаны человеку, вызывала у ангелов разные чувства.
-- А теперь слушай сюда, птенчик! -- напала на парня Лючия, -- ты живёшь в этом мире пару десятков лет, а мы века назад были против воли втянуты в войну, в которой ежесекундно рискуем потерять всех, кто нам дорог! И если не ценить такие моменты, пока они есть, потом ты пожалеешь об этом. Так что выбирай, на чьей ты стороне.
В воздухе невидимым взрывом разлилась тëмная энергия, заставившая еë замолчать. Вонзившийся в стену позади Лючии Стигмато, мелко подрагивая, освободился и снова лëг в руку владельца. Дуэль взглядов также завершилась победой Роджера. Развернувшись, он направился к выходу и, убирая оружие, бросил:
-- Плодитесь и размножайтесь, дети мои. Я свой выбор сделал.
Как только дверь захлопнулась, Натаниэль резким рывком повернул Лючию к себе.
-- С ума сошла?! Он же мог убить тебя!
-- Ты слишком мягок, Нейт. Не позволяй вашей дружбе обмануть тебя. Ни один человек не посмеет так говорить с высшим существом. Это уже не Роджер. Это Бездна. И нам нужно решить, что с ней делать.
Вздохнув, Натаниэль ответил ей сдержанным кивком, но в глубине души он знал: Роджер наконец-то говорил то, что действительно хотел сказать.
***
Аврора быстро поправлялась. Удивительно быстро, если учесть еë рану. В глубине души Роджер знал, что девушка в безопасности, и скорее боялся, что по больнице расползутся совершенно ненужные слухи. В современном мире подобную рваную рану было сложно получить, если не брать в расчёт холодное оружие, потому парень решил не врать: «Нашëл еë в таком состоянии на улице, ни документов, ни личных вещей, не знаю, кто она, но срочно нужна помощь». Девушка только что проснулась, когда он постучал в дверь палаты.
-- Рад видеть, что Вам лучше. Простите, мы не знакомы. Я Роджер.
-- Аврора. Рада знакомству. Простите, а не подскажете ли, где я?
-- В каком смысле? – растерялся парень, -- это городская больница Смиттауна… Если Вы об этом.
-- Смиттаун, -- повторила она, задумавшись, -- Смиттаун. Не подскажете ли, как далеко это от Аравийского полуострова?
-- Прилично, -- отметил Роджер, имевший довольно примерное представление о расстоянии между этими точками, -- мы в графстве Гэмпшир.
-- Великобритания?! – Аврора подскочила на койке и тут же, ойкнув, схватилась за бок, -- мне срочно нужно в Лондон!
-- В таком состоянии? – снисходительно отозвался парень, -- позвольте заметить, что даже с живучестью ангелов Вы бы вряд ли такое пережили.
Выражение лица Авроры резко изменилось. В памяти стали проступать обрывки воспоминаний. Подвал, янтарные глаза и Роджер, бросившийся за лекарствами, чтобы спасти еë.
-- Выходит, ты тоже из учеников? Ты знаешь о серокровых?
-- Именно. И ты, как я понимаю, тоже?
-- Верно. Я – ученица самого архангела Михаэля, и мне срочно нужно связаться с ним.
Теперь настал черëд Роджера меняться в лице, и он тут же смерил Аврору холодным и почти брезгливым взглядом.
-- Да уж, выбрала ты себе мастера…
-- А что не так? – растерялась от такой реакции Аврора, -- ты ведь тоже ученик ангела?
-- Верно. Ангела Натаниэля, которого твой наставник чуть не приговорил к смерти за попытку спастись. Я уже не говорю про его красноглазую шавку…
-- А ты смелый, раз так говоришь о нëм, -- переняла холодный тон парня Аврора, -- жаль, что твой учитель такой храбростью похвастаться не сможет… Небось трясëтся от одного упоминания о Гвардии?
-- Они мертвы, -- отрезал Роджер, -- все, кроме подружки Натаниэля. Так что, видимо, твой наставник не так уж и могущественен.
-- Но… как? – опешив, пробормотала Аврора.
-- Показать?
Оглядевшись, парень убедился, что рядом нет свидетелей, и взмахом руки призвал Стигмато. Чëрное кольцо медленно вращалось у него на ладони, а восемь стреловидных лезвий тускло блестели. Конечно, чтобы научиться этому трюку, Роджер тренировался втайне ото всех, но эффект того стоил! Аврора в панике вжалась в стену, поджав ноги к груди и вцепившись в бок рукой: даже очищенная от яда Бездны, рана невыносимо болела при еë приближении.