***
Между тем двое людей собирались доказать обратное, однако всему мешало вездесущее недоверие…
-- Роджер, ты в своëм уме?! Объединяться с предателем мастера Михаэля и одним из самых коварных демонов? Нет уж, я скорее снова прыгну в пасть Бездне…
-- Именно это тебя ждëт без нашей помощи, -- язвительно заметил Абигор: ученица архангела действовала ему на нервы своей слепой преданностью и критичностью.
-- Пусть лучше так…
-- Стоп! Никто умирать не будет. Во всяком случае, к этому мы будем стремиться, -- сгладил углы Натаниэль, -- Роджер, ты уверен в своих силах? Пойми: присутствие Ангела Бездны довольно сильно влияет на людей. Ты можешь почувствовать внезапный приступ паники или даже отчаяния…
-- Боятся тут только трусы вроде тебя, -- бросила Аврора, со стыдом стараясь загнать поглубже воспоминания о собственном страхе перед тьмой.
-- Ага, а ещё трусы выживают в чужой идиотской игре в войну, -- отозвалась из своего угла Лючия: ей тоже не нравилась собравшаяся ей компания.
Надо признать, она не доверяла никому из здесь собравшихся. Ей казалось, что Роджер и Аврора получают слишком высокую оценку в глазах Натаниэля. В еë душе зарождалось что-то вроде ревности к этим хрупким и бесполезным людишкам. Однако в руках парня находилась сила Бездны, а в руках девушки – один из легендарных артефактов Шпиля. С этим приходилось считаться. Но также Лючия видела то, чего в своей наивности не замечал Нейт: холодный взгляд Абигора, будто буравивший ангела, когда тот отворачивался. И, к сожалению, она прекрасно понимала, что вдвойне была виновата в этом.
Внимательно выслушав Аврору, единственную из присутствовавших, кто сражался с Абаддоном, демон, убедившись в отсутствии у других плана, подал голос. Он предложил людям и ангелам вступить в бой по очереди, начиная с Роджера.
-- Прости, парень, -- улыбнулся Абигор, -- но, похоже, ты опять будешь играть роль приманки.
-- Не впервой, -- буркнул Роджер, -- а что дальше?..
***
Михаэль положил руку на ручку двери, но так и не осмелился покинуть кабинет. Сейчас ему ни с кем не хотелось пересекаться взглядами. Он должен олицетворять их идеал, их надежды и мечты о светлом будущем. Но как сделать это, когда ты не был честен с ними с самого начала? Что, если сейчас кто-то разглядит под этой маской истинного архангела, не похожего на тотем, которому они поклонялись?
Он подошёл к противоположной стене, отодвинул массивное напоминающее трон кресло и слегка надавил на резную деревянную панель в стене. С тихим щелчком она повернулась, образовав что-то вроде столика, а в нише загорелся холодный белый свет.
На изящной подложке лежал завëрнутый в бархат длинный двуручный меч. Легендарное оружие, ставшее символом всех серокровых, вселявшее ужас в их врагов. Архангел почувствовал, что сейчас впервые обязан пустить его в ход.
Пылающий Меч ни разу не был вынут из своих ножен, и дело было совершенно не в качестве клинка. Просто то, что было для других символом победы, самому Михаэлю напоминало о цене, которую он готов за неë заплатить. Вокруг него всегда было три тени, складывавших свои крылья подобно куполу, сквозь который не проникали сомнения. И сейчас последняя из них, Изекиэль Красноокий, вдруг исчезла. Как далеко можно было зайти? Сейчас Михаэль чувствовал, что уже стоит на краю бездны, и если внизу мелькнëт хотя бы отблеск его мечты о победе и величии народа ангелов, сделает ли он последний шаг вперëд?..
Он вспомнил, как впервые взял легендарный Пылающий Меч в руку, как пустил совсем слабый поток силы через рукоять и как ярко вспыхнул клинок. Творение Гадриэля, одного из лучших ангельских кузнецов, последнее и самое великолепное… Архангел всегда надеялся, что слухи о предательстве столь искусного мастера не могли быть правдой, но это значило бы, что он напрасно лишил жизни того, кто преподнëс ему ценнейший дар. Пылающий Меч с момента своего рождения отведал крови только одного живого существа: своего создателя.
Время сомнений прошло. Абаддон неотвратимой угрозой навис над миром, который ревностно оберегал Михаэль. И чтобы защитить этот мир, стоило пойти на любые жертвы. Отрез бархата соскользнул на пол. Настало время принять бой.
Глава 18. Седьмой Знак
Небо неожиданно посерело, словно мир вокруг утрачивал краски. Главная улица Смиттауна, обычно оживлëнная и шумная, была пуста. Над городом тяжëлым куполом повисло предчувствие чего-то недоброго. Приближавшаяся с юго-запада тьма расправляла крылья.
Роджер сдержано усмехнулся, почувствовав себя ковбоем из вестернов. На одном конце дороги стоял он, а на втором скоро должен был появиться его враг. Стигмато дрожал от нетерпения и рвался в бой. Всë зависело от того, кто первым нанесëт удар. Разумеется, парень тоже чувствовал, как сердце начинает биться чаще, мысли путаются, а пальцы холодеют, словно костенея, но это был совсем не тот страх, что он испытывал раньше. Сложно сказать, действительно ли он стал храбрее от перенесëнных испытаний, или же его изменила дарованная ему сила, но сейчас он не мог даже вспомнить того себя, что остался позади. Время сомнений прошло. Сейчас защищать городок и его жителей должен был уже новый Роджер. Мрачной дымкой вокруг него колыхалась древняя тьма, сердце которой билось в унисон с его собственным. Что бы ни говорил Натаниэль, они – единое целое.