Аврора, выскользнув из объятий Натаниэля, снова бросилась в бой, выпустив ещё один смертоносный луч из своего копья.
-- У тьмы не может быть души! – она наседала, с каждым ударом заставляя врага отступать или парировать мечом, -- ты сам себя оправдываешь! Ты просто слабак! Жалкое подобие ангела!
-- У тебя острый язык, девочка, -- холодно произнëс ангел, -- но твоë копьë недостаточно остро. Знала ли ты истинную суть Михаэля? Видела ли ты его настоящим? Разумеется, нет. Ты восхищаешься вымышленным образом, идеализированным и воплощающим твои собственные мечты.
-- Заткнись, -- бросила Аврора, -- когда я покончу с тобой…
-- Что тогда? Ты вернëшься к нему? Или продолжишь служить тому Михаэлю, которого придумала сама? Тому, который ценит тебя. Тому, который способен на благодарность. Тому, кто видит в тебе больше, чем просто воина. Очнись. Не Бездна создала того, кого ты так ненавидишь. В этом виноват Михаэль!
-- Ни слова больше! Сражайся!
-- Хорошо…
Чëрное щупальце, обвившее щиколотку Авроры, дëрнуло еë назад, заставив упасть. Абаддон наклонился, поднял лежащее в пыли копьë, сконцентрировал в ладони энергию и метнул оружие в стену дома. Послышался хруст кирпичей, вскрики людей и шипение издалека. Подняв голову, Аврора увидела, что еë копьë пролетело насквозь всего дома, круша стены, перегородки, трубы, мебель… Всë на своëм пути.
Холодные сухие пальцы зарылись в еë волосы, медленно поднимая еë в воздух. Стиснув зубы, она с ненавистью смотрела в бездонные чëрные глаза Абаддона, остановившиеся напротив еë лица.
-- Ты дважды встала на моëм пути, Аврора, -- послышался голос ангела, -- а это никому не позволено. В прошлый раз ты чудом спаслась, потому что пасть Бездны стала из-за Стигмато двусторонним туннелем. Теперь я убью тебя собственными…
Он застыл, глядя на собственное запястье, лишëнное кисти. Крови не было. Еë вообще не осталось в его теле, но ангела не покидало странное чувство, что сейчас ему должно быть больно. Снова упавшая на землю Аврора откатилась в сторону, подскочила и, пошатываясь, встала в боевую стойку.
-- Собственными чем, извини? – отозвался с насмешкой Роджер, возвращая Стигмато в руку, -- не пойми меня неправильно, Аврора идеалистка и дура, но говорить ей об этом смею только я.
Только сейчас ангел заметил, что лишился и левой руки. Роджер отсëк еë по локоть, воспользовавшись тем, что его враг не испытывал боли. Однако когда Стигмато, слившись в сплошной антрацитовый диск, уже должен был пробить Абаддону грудь, путь ему преградило лезвие повисшего в воздухе меча.
-- Думаешь, мне нужно тело, чтобы управлять Бездной? Я слышу еë и отдаю ей приказы здесь, -- Ангел Бездны прислонил обрубок руки к виску, -- в моëм распоряжении были миллионы лет наедине с Бездной. В твоëм – несколько суток. Ты не овладел этой силой и на сотую долю.
Тëмная дымка снова окутала Стигмато, который попытался во время этой речи атаковать с фланга. Кольцо отскочило и изменило траекторию. Безрезультатно. Выраставшие из воздуха щиты Корондо, цепи Флагелло или лезвие Конкеро отбивали каждый удар. Вернее, каждый удар Седьмого Знака… Лазурное пламя горячей волной накрыло Ангела Бездны. Его безупречная защита не была предназначена для отражения атак по площади. В воздухе разнëсся запах горелой ткани и гнили. Лючия, обеспечив себе прикрытие, нанесла размашистый удар нагинатой, и когда лезвие столкнулось с препятствием, не смогла сдержать победного крика…
Из-под нависших бровей глаза Абаддона казались ещё темнее. Он сжимал лезвие ангельского оружия состоявшей из костей кистью. От удивления Лючия застыла: никто не мог регенерировать так быстро! Казалось, сама смерть отказывалась прикасаться к Ангелу Бездны. Стремительное движение, и угольно-чëрный клинок едва не отсëк девушке голову. Перехватив еë оружие двумя руками, Абаддон сломал нагинату пополам, как тростинку. Волна Бездны, ударив Лючию в грудь, заставила еë пошатнуться, но когда ангел замахнулся для последнего удара мечом, Натаниэль, приняв истинную форму, встал на его пути, оттолкнув девушку.
Это заставило Абаддона застыть в нерешительности с поднятой для удара рукой. Он смотрел Натаниэлю в глаза, вглядывался в его позу, в напряжëнные до предела мышцы и хищный оскал, но не мог понять. Зачем было защищать кого-то ценой своей жизни? Что такого важного было в этой ангельской воительнице в обтягивающих коротких штанах и топе? Неужели она была частью какого-то тайного плана их победы? Нет, невозможно. Она была для такого слишком слаба и заурядна. Оставалось поверить в самую невероятную гипотезу. Во взгляде Ангела Бездны проступило уважение.