-- Нейт, это ты? Привет. Я хотел бы встретиться с тобой и Лючией.
-- Ох, привет, Роджер, не ожидал твоего звонка, -- послышалось из динамика, -- но рад, что ты сам заговорил об этом. Нам и правда стоит встретиться. Мы придëм вместе с Авророй. Кажется, теперь я знаю, как вылечить тебя.
От одного этого слова Роджера перекосило. Как он мог быть настолько слеп? Вылечить! Натаниэль думал о силе своего ученика, как о заразной и опасной болезни! Слова Абигора обретали смысл…
-- Что ты имеешь в виду? – холодно уточнил он.
-- Это покажется невероятным, но я встретил того, кто сможет освободить тебя от влияния Бездны! – воодушевлëнный ангел совершенно не замечал, как сам загоняет себя в ловушку, -- он прибыл издалека и рассказал мне о невероятном способе очищения от чужеродной энергии. И мы сможем всë исправить, я обещаю!
-- Послушай, Нейт… Натаниэль, -- сдерживая подступавший гнев, проговорил Роджер, -- я не знаю, кем ты себя возомнил, но я не болен. Я силëн, как никогда, и я впервые с нашей первой встречи могу никого не бояться. Более того, я намного сильнее тебя. И если это не укладывается у тебя в голове, то это тебе надо лечиться, потому что я, чëрт возьми, в порядке! Я больше не нуждаюсь в твоей заботе, в твоей помощи и твоих указаниях. Я сам решу, как мне распорядиться силой, которая мне досталась. Оставь меня в покое…
Роджер положил трубку. Он всë же сорвался на крик, но последний приказ был пропитан такой болью, что парень сам поразился остроте собственных эмоций. Стигмато ощетинился лезвиями. Он жаждал крови того, кто так встревожил его хозяина, но Роджер, почувствовавший это, усилием воли подавил гнев Знака. Странное дело: он мог приказывать чуждому разуму древней тьмы, но не мог взять под контроль собственные эмоции. Возможно, это и было его главной слабостью…
***
Натаниэль застыл, держа телефон в руке и глядя на него так, будто надеялся, что тот превратится в тыкву. Облокотившись на стену, Лючия смотрела на него торжествующе, но в то же время сочувственно. Она понимала: Нейт до последнего отрицал очевидное. Он цеплялся за призрачную надежду, взывая к разуму примитивного существа, поглощëнному древней тьмой. Он надеялся, что Роджер ещё может одуматься.
Но Лючия знала всë заранее: парень уже выбрал свою сторону. Когда за его спиной хлопнула дверь, их пути разошлись, и, более того, эти пути должны были однажды направить их друг против друга. Что-то в душе воительницы восставало против убийства жалкого человеческого подростка, беспомощного и заблудившегося во тьме и лжи, но также Лючия понимала: теперь она должна победить не Роджера, а завладевшую им Бездну. Это должно было стать славной победой, однако телефонный разговор показал, как близко парень стоял к опасной черте. В порыве гнева он без колебания убил бы и Лючию, и своего бывшего друга. Чтобы победить, им нужен был козырь. И этот козырь, по счастливой случайности, жил с ними в одной квартире…
Лючия и сама не заметила, как еë губы изогнулись в коварной улыбке, и такая же, словно отражëнная в зеркале, мелькнула на лице парня в восточных одеждах, стоявшего сейчас в коридоре. Оглянувшись наконец в их сторону, Натаниэль кивнул и закрыл глаза, чтобы ни с кем не пересекаться взглядом. Разговор расставил всë на свои места. Ангельская воительница получила право прикончить Роджера вместе с Бездной, а Молох – шанс стать новым хозяином Стигмато.