Удивительно, но поезд медленно тронулся с вокзала, опоздав всего на несколько минут.
Он нашёл свою каюту первого класса и открыл дверь. Слева сидели две итальянки лет двадцати – чуть больше двадцати – ученицы старших классов или колледжа, предположил Джейк. Правая сторона была в его распоряжении.
Если блондин и сел в этот поезд, Джейк этого не видел.
Поезд набрал скорость и проскользнул сквозь темноту города, огни внутреннего Рима остались позади, когда они проехали по внешним пригородам.
Девочки прижались друг к другу и что-то шептали друг другу.
Потом они захихикали. Потом тот, что справа, спросил Джейка что-то по-итальянски, но тот не понял. Помни, Джейк, ты австриец.
Он пожал плечами и улыбнулся. «Я не понимаю», — сказал Джейк по-английски с немецким акцентом.
«Вы немец?» — спросил тот, что справа.
«Австрийский. Но вы говорите по-английски?»
"Немного."
«А твой друг?»
"Нисколько."
Джейк снова улыбнулся и откинулся на спинку стула. «Что ты находишь такого смешного?»
Девушка посмотрела на подругу, а затем снова на Джейка. «Моя подруга считает тебя красивым».
«А вы нет?»
«Нет. Я тоже». Затем она что-то сказала своей подруге, и они снова захихикали.
«Ну, спасибо», — сказал Джейк. «Вы оба очень красивые». И он не стеснялся это говорить, ведь у обоих были потрясающие черты лица: от одинаковых чёрных волос до безупречного оливкового цвета лица. Присмотревшись, он заметил, что у них хорошо развиты нужные области, и, скорее всего, они уже студенты.
Боковым зрением Джейк заметил какое-то движение. К тому времени, как он обернулся, блондин уже прошёл мимо раздвижной двери. Но было ясно, что он видел Джейка. Их взгляды на секунду встретились.
«Если ты поедешь в Неаполь, мы сможем тебе там показать», — сказала девушка Джейку.
Он был в растерянности, всё ещё не отрывая взгляда от двери. Его рука инстинктивно скользнула под кожаную куртку, коснувшись рукоятки пистолета.
Джейк повернулся к девушке: «Что?»
«У нас сейчас рождественские каникулы в университете», — сказала она. «Мы можем показать вам Неаполь».
Он вытащил руку из пиджака и улыбнулся хорошенькой молодой студентке. «Большое спасибо за предложение, но я буду в Неаполе по делам».
Девочка выпятила нижнюю губу. Затем она повернулась к подруге и пересказала ей слова Джейка. Она полезла в рюкзак и достала оттуда небольшой блокнот и ручку. Она что-то нацарапала и протянула записку Джейку.
Он посмотрел на ряд цифр и увидел имя Франческа.
А потом появился смайлик. Джейк знал итальянцев как
Открытая и дружелюбная, и эта девушка, вероятно, не имела в виду ничего, кроме того, что она ему сказала. Скорее всего, она не предлагала Джейку переспать.
«На случай, если вы захотите выпить или съесть пиццу», — сказала она.
«Спасибо. Если будет свободное время, мы можем этим заняться», — он сложил листок и сунул его в карман куртки.
Франческа улыбнулась и рассказала новость подруге. Они продолжали держаться за руки, как сёстры, в парке.
Но Джейк думал о блондине. Если он следил за ним, и это был КГБ или какой-то другой разведчик, то он выбрал не самый лучший способ. Он словно хотел, чтобы Джейк знал, что тот за ним следит.
Он вспомнил последние пару месяцев и свои действия в Исландии, незадолго до саммита Рейгана и Горбачёва, где он столкнулся с несколькими сотрудниками КГБ, выслеживая сотрудника Штази из Восточного Берлина. Эта миссия не увенчалась успехом для его противников, и, возможно, они жаждали мести.
Джейк даже не проинформировал своих начальников в Бонне и Мюнхене о своих действиях в Исландии. Агентству не нужно было знать всё, что он делал на задании. Они могли докладывать ему сколько угодно, но он мог пройти любой тест на детекторе лжи. Агентство знало только то, что Джейк хотел им сообщить о его прошлом и нынешних действиях. Отчасти, как он понимал, это было связано с его убеждением, что любая организация сливает информацию, как пьяные старшеклассницы сплетничают на пивной вечеринке. Учитывая состояние секретных операций, он чувствовал себя гораздо спокойнее, зная, что только он знает некоторые подробности о его действиях.
У Джейка было два выбора. Он мог позволить этому блондину следовать за ним или же столкнуться с ним в этом замкнутом пространстве, откуда у него не было бы возможности сбежать.
«Пора проявить инициативу», — подумал Джейк.
Он встал и сказал: «Я пойду возьму пива. Хотите что-нибудь? Я угощаю».
Франческа улыбнулась и кивнула головой.