Основная опасность некроморфов заключается не в индивидуальном интеллекте (который действительно не превышает уровень стайных хищников), а в беспрецедентной скорости распространения и абсолютной биологической агрессивности. На примере станции Титан мы наблюдали, как заражение, начавшееся в шахтах вблизи Правительственного сектора полностью поглотило комплекс за 11 часов 42 минуты. Примечательно, что Правительственный сектор устоял до диверсии Айзека Кларка только благодаря автономным системам изоляции, кинетическим ограничителям и предварительной эвакуации персонала.
Механизм заражения работает по принципу биологического каскада:
-Первичный контакт с инфицированной биомассой.
-Молниеносная реконфигурация тканей (от шести секунд до полутора минут в зависимости от мощности сигнала, количество попавшего в организм патогена)
-Автоматическая атака на любую доступную органику
-Экспоненциальный рост численности
Особенности угрозы:
-Полное отсутствие инстинкта самосохранения у отдельных особей.
-Координация на уровне базовых стайных рефлексов.
-Способность использовать любую биомассу, включая растительную.
-Нечувствительность к боли, усталости и большинству видов оружия.
Наши расчёты показывают, что стандартные протоколы сдерживания неэффективны. Военные подразделения теряют боеспособность за 6-8 часов непрерывного контакта. Традиционные карантинные меры дают задержку не более 27 минут. Огнестрельное оружие лишь временно замедляет распространение
Рекомендации:
-Немедленный пересмотр протоколов реагирования с акцентом на молниеносную изоляцию.
-Разработку специализированных кинетических систем поражения.
-Создание автономных защитных периметров вокруг критической инфраструктуры.
-Введение обязательного скрининга на молекулярном уровне для всего персонала.
Прилагаю полные хронометражные данные по падению Титана и результаты испытаний с различными видами оружия. Настоятельно рекомендую рассмотреть вопрос о полном запрете транспортировки любых биологических образцов с заражённых объектов.
***
После разговора с Даником Максим завалился в ближайший на территории научного городка бар, где неплохо набрался пива с водкой. Хотелось сбросить напряжение. Но тут пришли два амбала, заставили принять таблетки против похмелья и проводили шатающегося парня в офис замдиректора.
-Думаешь, оно того стоило? -пальцы Равель отстукивали чечетку по столу, не очень трезвым состоянием подопечного она явно недовольна. Фармпрепараты не смогли до конца убрать влияние алкоголя, но разум немного прояснился.
-Нажраться в хлам? Определенно...
-Я о встрече с Даником.
-А... время покажет. По крайней мере, он, если имеет хоть каплю здравого смысла, то ознакомится с материалом и сделает определенные выводы. Я видел на его роже сомнения.
-Фанатиков не переубедить, -отмахнулась замдиректора АСИ. -Психологический профиль Джейкоба Даника таков, что он до последнего будет держаться за собственные заблуждения, ибо признание ошибок означает бессмысленность его веры, религии, совершенных преступлений '''во имя высшего блага'', разумеется.
-Каких преступлений? Кроме создания незаконных вооруженных формирований, похищения меня любимого...
-Финансовые махинации, шантаж, причастность к заказным убийствам, картельный сговор, контрабанда оружия, давление на правосудие, подкуп должностных лиц.
-Какие у них боги, такая и церковь, -чуть ли сплюнул Максим. -Их точно нельзя всех дружно к стенке? Во имя высшего блага, разумеется.
-Нет.
-Неужели армия, флот, региональные силы безопасности, разведка не станут выполнять приказ премьер-министра?
Мари покачала головой.
-Эта гидра пустила свои щупальца настолько глубоко, что треть, если не половина военных и силовиков мгновенно переметнется к юнитологам и прочим повстанцам. У офицеров и солдат тоже есть семьи, которые надо кормить и которые испытывают последствия экономического коллапса, хотя не так заметно... Вам с Евгенией повезло, Максим, вы - участники стратегически значимого научного проекта, погуляйте в ближайшем городе и увидите километровые очереди за пищевыми пайками, перебои с электричеством, поставками лекарств, потребительских товаров, бродяг, клянчащих милостыню.
-Напоминает девяностые... -пробурчал Максим.
-Девяностые?
-Последнее десятилетие XX века на постсоветском пространстве. Оно и у вас, и у нас выдалось нелегким. У вас даже чуть похуже.