Термограммы процесса заражения
Данные спектроскопического анализа
***
Лаборатория биогенетического сектора была закрыта для доступа с момента неудачного инцидента на прошлой неделе с дефектным заразителем, которого считали окончательно мертвым. Теперь здесь работали под абсолютным контролем - двойной допуск, пять уровней стерилизации, постоянная связь с командным центром. Здесь не просто расшифровывали геном и клонировали, здесь пытались переписать законы взаимодействия жизни с Обелиском.
Образец ткани, извлечённой из головы Максима, был заморожен, расщеплён и распределён по двенадцать герметичных культуральных капсул, смешан с образцами модифицированных клеток представителей местного человечества. Каждая капсула представляла собой автономную среду со своим химическим составом, уровнем кислорода, электрической стимуляцией и даже градиентом пси-воздействия.
-Пробирка 4-Delta стабилизирована, - отчитался техник. - Клетки жизнеспособны, экспрессия генов стабильна. Стимуляция по схеме Фишера: 0.3 Гц, микропульс.
Доктор Анисса Рашид стояла за прозрачной мембраной и наблюдала за процессом. Рядом с ней пара лаборантов и угрюмый Максим с зажившим разрезом на голове.
-Всё ещё уверены, что это сработает? - хрипло спросил он.
-Пока уверены, - ответила она. - Твоя ткань уникальна. Нейроглия, связанная с псигенными каналами. Иммунные фрагменты, встроенные в структуру. Это шанс.
-Шанс на что?
-На инструмент. Передатчик. Мост между человеком и Маркером, без риска трансформации.
Максим скептически хмыкнул.
-Вы же знаете, что звучит это как начало очередного ужастика?
Рашид проигнорировала замечание.
-Мы дополнительно внедрили два контрольных фрагмента: твой иммунный код и версию нулевого генома Евгении. Она глуха, ты слышишь. Если между вами есть какая-то точка равновесия, мы хотим её найти.
-А если не найдёте?
-Тогда эта капсула взорвётся под ультрафиолетом, а её содержимое сгорит в ноль.
Он усмехнулся.
-По крайней мере, хоть в этот раз вы предусмотрели финал.
В капсуле за их спинами мелькнуло движение. В геле всплыли первые нейроноподобные отростки - тонкие нити, похожие на корни, начали переплетаться.
-Началась организация первичного слоя, - доложил техник. - Показатели активности - в норме. Пси-градиент ниже порога.
Рашид кивнула. Холодно, сдержанно. Но в её глазах вспыхнула надежда.
-Продолжайте. Через два часа запустим фазу пси-стимуляции.
Максим посмотрел на капсулу, где плавала часть его мозга, усиленная чужой тишиной.
-Знаешь, - тихо произнёс он. -Иногда мне кажется, что если я ещё немного посижу рядом с этими банками… я сам начну глючить.
Рашид не ответила. Она смотрела на культуру и, кажется, впервые за месяц искренне надеялась на успех.
Она не знала, что это - лишь иллюзия.
Через два часа лаборатория перешла в режим жёлтой изоляции. Вокруг капсулы 4-Delta, признанной наиболее стабильной, задействовали весь спектр наблюдения: от спектроскопии электромагнитных колебаний до нанотермометрии. Комната стала похожа на операционную, где вскрывают не тело, а вселенную.
-Начинаем фазу два, - отчиталась лаборантка. - Частота 4.58 терагерц. Амплитуда повышается до экспериментальной границы.
-Внимательно следим за структурной организацией, - напомнила Рашид. - Даже мельчайшее отклонение - повод для немедленного прекращения. У нас нет права на повтор заражения.
Максим молча наблюдал. Скрестив руки, он стоял у стенда со вторичными образцами. На экране перед ним инфракрасная визуализация живой культуры.
Первые секунд тридцать идеальные.
Нейроподобные клетки не только выдерживали стимуляцию - они начинали светиться. Не метафорически, а буквально. Флуоресцентные маркеры, введённые в цитоплазму, вспыхивали в такт импульсам.
-Это невозможно, - пробормотал Хойл. - Они резонируют. Как… орган.
-Они повторяют частоту, но не теряют стабильность, - добавил генетик. - Это… может быть интерфейс.
Максим нахмурился.
-Он… отвечает?
-Возможно. Или имитирует. Нейронная активность самоподдерживается, - Рашид нахмурилась. - Но...
На экране внезапно вспыхнула аномалия: одна из клеток начала резко удлиняться, формируя неправильный отросток. Следом - вторая. Затем третья.
-Появляется росток морфологической девиации, - встревоженно сказал техник. - Клетки теряют симметрию. Процессы неестественны.
-Остановить стимуляцию! - приказала Рашид.
Но было поздно.
Внутри геля резко возросло давление. Капсула запотела. Клетки в десяти образцах из двенадцати начали неконтролируемо. Из нейроподобной массы выросли первичные спайки как щупальца. Внутри образца появился ядрообразный сгусток, окружённый агрессивной соединительной тканью.