-Так говорят террористы, -холодно заметил Шиф. -Или революционеры. А знаешь, чем заканчиваются революции?
-Тем, что кто-то начинает бояться потерять власть, -отрезал Максим. -Вот вы боитесь. Вы и те, кто за вами.
Шиф отвернулся, снова глядя на белесый купол биолаборатории за стеклом. Его голос стал напряжённым:
-Я не боюсь. Я слишком хорошо знаю, к чему приведёт крах системы. Ты думаешь, будто люди сами смогут всё восстановить? Без структур, без управления, без производства, без логистики? Да они друг друга сожрут через неделю.
-Может быть. А может и нет.
-А потом придут такие, как юнитологи. Обещания, культ, ложная надежда. Люди не захотят думать, они захотят верить. И конец наступит намного раньше, чем вы думаете.
-И вы уже выбрали за всех, да? И решили, что Маркер - лучшее решение.
-Нет. Мы выбрали меньшее из зол.
-А я нет, -спокойно ответил Максим. -Маркеры не просто зло, а гарантия нашего уничтожения.
На короткое время воцарилось молчание. Напряжённое, глухое. Только приборы лаборатории тихо гудели, фоново фиксируя неизвестную, но очень реальную угрозу.
***
Переходной шлюз блока C усиливал гул всех металлических поверхностей, словно сам комплекс "Локус" жаловался на боль. На табло над дверью мигал жёлтый код "М-3", сигнализируя о резком росте психотических инцидентов.
В зале управления - тесном помещении, где операционные пульты стояли наподобие военного КП, профессор Белов склонился над голотерминалом. На экране медленно прокручивался список сотрудников: фамилии, отдел, оценка устойчивости к сигналу Маркера, динамика когнитивных искажений. Красные отметки множились как капли крови на снегу.
-Мы теряем людей каждый час, -брезгливо произнёс Шиф, поправляя воротник бронежилета. -Эта кривая от лёгкой паранойя до галлюцинаций больше напоминает вертикальный взлёт. Я не намерен рисковать.
Белов не оторвался от таблицы.
-Чем именно вы рискуете, Шиф? -в голосе учёного прозвучал холод. -Вашей охраной или результатами многолетних исследований? У нас сработанная команда, каждый из них - драгоценный специалист. Дайте мне ещё сорок восемь часов, и контур подавления будет замкнут.
Шиф дёрнул губой, будто пытался усмирить тикающий под кожей метроном.
-Сорок восемь? Профессор, вы живёте в уравнениях. А я в коридорах. Знаете, что творится на нижнем уровне? Младший лаборант Полуянова пыталась выкроить себе глаз, кричала, что "близится единение и ей надо увидеть" Мы едва успели скрутить ее. Техник Захаричев заперся в генераторной и грозился "выключить сердце комплекса"... Морпехи вытащили его без сознания. А теперь посчитайте: сколько времени у нас, прежде чем начнутся самоубийства и очередная вспышка?
Учёный медленно выдохнул и отложил планшет.
-Я всё это учитывал, -тихо ответил он. -Но вы предлагаете... ликвидацию? Массовое убийство! Всех, кто не прошёл ваш, простите, "тест на полезность"?
-Наименее ценных, -Шиф сделал шаг ближе, понизил голос. -Те, чьи функции могут взять на себя другие. Мы изолируем ядро команды и удержим периметр. Остальных - либо сильная седация, либо… быстрый выход. Так мы выиграем время, а вы доведете пси-защиту до ума.
На щеке Белова дрогнул мускул.
-Это резня, а не протокол безопасности.
-Это война, профессор. Вы сами первыми назвали Маркер "разумной чумой". Чума лечится карантином и огнём.
Взгляды схлестнулись. По интеркому прошёл треск, потом крик: "Сектор D-4, немедленно подкрепление! Повторяю..." - сигнал захлебнулся статикой. Шиф нажал ком-пульт, отключив звук.
-Слышали? - его голос стал твёрже титана. - Это те, кого вы называете "сработанной командой". Они уже сломались.
Белов подошёл к панорамному окну командного центра. За толстым стеклом тянулся полукруг лабораторных секций, соединённых прозрачными переходами. В некоторых отсеках ярко мигала красная сирена, и можно было разглядеть неподвижные фигуры в белых халатах.
-Они люди. И они нужны мне, чтобы завершить работу. Защита будет построена на их данных, их опыте... их жизни, чёрт возьми!
Шиф откинулся на стол, сцепив пальцы.
-Но если они свихнутся раньше, все ваши уравнения не стоят и ломаного кредита. Скажите прямо: сколько времени нужно, чтобы поднять сеть противошумовых эмиттеров, собрать персональные резонаторы в нужном количестве? Без оптимизма.
Профессор закрыл глаза, будто вычислял в уме.
-Тридцать шесть часов до замкнутого контура первичной решётки. Ещё двенадцать - калибровка и синхрон, также сборка носимых глушилок. Минимум сорок восемь.
Шиф кивнул, будто получил приказ.