Даник вздохнул.
-Позвольте сказать вам кое-что, Евгений. Человечество слишком долго убегает от перемен. Обелиск - не добро. Он - не зло. Он - неизбежность. И чем дольше мы сопротивляемся, тем болезненнее будет переход. Так было всегда.
-Тогда давайте посмотрим правде в глаза, - мягко, почти устало сказал Максим. -Если он неизбежен, нам нужно не искать смысл, а подготовиться. Найти способ ограничить, понять, контролировать. Не преклоняться. Не молиться. Не воспевать.
-Доля истины в ваших словах есть, - неожиданно легко согласился Даник. - Но и отрицание - не выход. Нельзя выиграть у шторма, если прятаться в домике из соломы.
Максим усмехнулся:
-Тогда, может, стоит научиться строить бетонные стены, а не писать поэмы о воде?
Некоторое время оба молчали. Каждый знал: всё, что должно было быть сказано - сказано. Спор не выявил победителя, но и не оставил равнодушных.
Наконец, ведущий включился:
-Уважаемые зрители, с нами были доктор Джейкоб Даник, философ, исследователь и основатель Центра интегральной биофилософии Юнитологической Церкви, и Евгений, наш зритель. Спасибо за этот... глубоко содержательный разговор. Мы продолжим обсуждение на следующей неделе.
Максим уже собирался отключить связь, когда вдруг Даник снова заговорил:
-Евгений... один последний вопрос.
-Да?
-Если однажды вы почувствуете зов Обелиска не снаружи, а внутри, что вы сделаете?
Максим выдержал паузу.
-Я его выслушаю. Но прежде задам главный вопрос: кто ты? И если он не ответит я выключу его.
И отключился. Максим сидел у окна. Экран был выключен. Звёзды над горизонтом начали мерцать. В комнате пахло озоном и кофейной гущей. Шиф молчал, всё записано, всё передано.
Максим тихо сказал:
-Он не глупый. Умен. Убедителен... И оттого опаснее.
***
Следующее утро было обманчиво обычным. Максим вышел на балкон, налил себе крепкого чёрного кофе, сел в плетёное кресло и несколько минут смотрел на холодное небо. Весеннее солнце пыталось пробиться сквозь пелену облаков. На горизонте виднелся купол "Локуса", а чуть левее - линиями прочерчивались антенны спутниковой связи.
Зазвонил лежавший в кармане браслет гололинка. Шиф вышел на связь первым.
-Доброе утро, Максим.
-Условно, - усмехнулся он. - Что там у нас?
-Интересно. Гораздо интереснее, чем мы рассчитывали. Передача с Даником собрала почти в три раза больше просмотров, чем аналогичные эфиры за последний квартал. Причём активность в социальных сетях - аномальная. Аналитики в Агентстве удивлены.
Максим чуть прищурился:
-Аудитория просто любит спор?
-Отчасти. Но не только. Обнаружены нестандартные поведенческие паттерны. Репосты не только в привычных юнитологических группах, но и в нейтральных, образовательных, даже студенческих. И… - Шиф сделал паузу, как будто подбирал формулировку. -В комментариях заметно смещение тона. Люди не пишут: "Евгений из Москвы прав". Но они задают вопросы. Много вопросов.
Максим медленно потянулся к чашке, отпил глоток и кивнул, будто самому себе.
-И сколько продержится этот эффект?
-Статистически - от трёх до пяти дней. Потом начнётся отскок. Алгоритмы платформ нивелируют вброс, юнитологи запустят свои нарративы. Информационная инерция велика.
-Значит, мы на пару градусов изменили угол атаки, и нас уже пытаются выровнять.
-Именно. Но…
-Но? - уточнил Максим.
-Есть одно "но". Мы впервые зафиксировали системное изменение тона в частных группах, которые обычно оставались под полным контролем Церкви. Некоторые администраторы начали допускать обсуждение темы сигналов и механизма воздействия Маркера. Без банов, без автоматических чисток. Это что-то новое.
Максим на секунду задумался. Потом произнёс:
-Они пытаются понять. Значит, мы поцарапали фасад. Не пробили, но оставили трещинку.
-Да. Незаметную. Но трещину.
-А Даник?
-Молчит. Публично не комментирует. По нашим данным готовится выступить через неделю. Видимо, будет "ответный раунд", юнитологи пытаются выйти на тебя и пригласить в студию, устроить открытые дебаты.
-Вот же ж... -Максим чуть не выдал матерную тираду. -Я не собирался становиться телезвездой.
-Ты говорил на его языке. Академически. Взвешенно. Он не был к этому готов, поэтому впечатлился своим визави.
Максим усмехнулся:
-Плохо же он знает живую речь. Мы в XXI веке в интернетах такие срачи постоянно вели... Ну и гуманитарные предметы нам лучше преподавали.
-Возможно, стоит подготовить вторую волну, - предложил Шиф. -Не прямой эфир. Текст. Интервью. Или тихий анализ. Не спор, а разбор терминологии. У нас уже есть заявки от независимых медиа.