Я метнулся к проводнице - купе закрыто, в тамбуре никого. Попутчицы и след простыл. Создалось впечатление, что я в этом вагоне один. Взгляд зацепился за газеты, небрежно закинутые в ящик для прессы. Харьковское “Время” и дата - та самая, которую я надиктовал “матрёшке”: 1 марта 2014 года. Напрасно я трогал газетный лист, проверяя его на прочность, словно он мог под руками растаять. Скосив глаза, увидел остановившийся перрон и опять услышал жизнерадостный голос из вокзального динамика с указанием “годын” и “хвылын”.
Заскрежетали колеса по рельсам, вагоны грохнули сцепками. Прибыл… Мать вашу за ногу… Точнее не скажешь. Хлопнул по карманам, нащупывая мобильник, чертыхнулся, бросаясь обратно в купе - ну конечно же, никаких средств связи, никаких документов. Вообще! Устало опустился на купейный диванчик, откинул голову назад с непреодолимым желанием помассировать виски, как мимо окна летящей, спортивной походкой проскочила моя попутчица в кричащей жёлтой курточке. Жуткого чемодана при ней уже не было, зато на спине болтался кокетливый рюкзачок в виде совы, и эта наглая птица будто ехидно скорчилась и подмигнула своим хищным глазом. Из головы мигом выветрилось изумившее меня место пребывания, но зато моментально сложился пасьянс из потерпевшего и этой мелкой клофелинщицы, фланирующей по перрону с моими документами и средствами связи. “Прибью мерзавку!” - резюмировал я, включая охотничий инстинкт и чувствуя, как вливается в кровь лошадиная доза адреналина.
На перрон я выскочил, вспомнив молодость и десантируясь, как из БТР - без опоры на перила и ступеньки. С непривычки чуть не растянулся на потрескавшемся асфальте, озадачив незнакомого проводника, и бросился вслед за единственным человеком, способным объяснить происходящую со мной чертовщину.
В здание вокзала вбежал, словно за мной гонятся сто чертей, и только там резко притормозил, увидев полицейский патруль. Что я им предъявлю, если привлеку внимание, если остановят такого торопыгу да проверят документы? Паспорт РФ, выданный в 2022 году, и тот пропал…
Знакомый рюкзачок с совой мелькал на противоположном конце вокзала. Сдерживаясь, чтобы не припустить со всех ног, я неспешным шагом пошел следом, озираясь по сторонам, с целью найти хоть какую-то зацепку, хоть намёк на розыгрыш, на скрытую камеру или в поисках совсем уж полной нелепости в виде летающего дракона, чтобы убедиться: всё, что я вижу, слышу, обоняю - тяжелый и глубокий бред, игра воспаленного сознания.
Однако тщетно. Запахи, витающие вокруг, были привычными для вокзала моего родного города Харькова. Высокий сводчатый потолок с лепниной, люстра, похожая на ту, что украшает Большой театр, часы над входом, оформленные в стиле сталинского ампира, и даже чайный уголок с двухведёрным самоваром - всё было аутентично и реалистично настолько, что я почувствовал, как сладко защемило под сердцем… Как же я скучал по этому все последние десять лет. Скучал и продолжаю скучать до сих пор.
Минутная потеря концентрации стоила утраченного контакта с объектом преследования. Только что была и пропала. Потянул на себя тяжелую деревянную дверь, попадая из вокзального сумрака в весенний город. Всё как десять лет назад - клумбы, фонтан, арка с глобусом наверху, по левую руку - совершенно жуткий грязно-серый почтамт, по правую - монументальное здание управления железной дороги, а между вокзалом и управлением - стоянка всевозможных машин разной степени потрепанности.
Среди них мелькала искомая девчонка со знакомой прической и смешливой совой на рюкзачке. Бросившись в погоню, сократил дистанцию до полусотни шагов, а потом притормозил и задумался. Что я сейчас ей скажу? Ну, дерну “матрёшку” за руку, прошиплю на ушко: “А ну, возвращай всё взад, ведьма!” А она как завизжит: “Караул! Педофилы в городе!”. Набегут заинтересованные прохожие и стражи порядка, которых здесь полным-полно, и как я буду выглядеть? Попрошу пригласить меня самого десятилетней давности для подтверждения своей личности? Здравствуй, дурдом. Нет, надо действовать тоньше. Посмотрю, куда она торопится, и тогда решу, что предпринять.
Доля тем временем уверенно пересекла автостоянку. Дорогу она явно знала. Неспешным шагом отправился за ней, мысленно направляя девушку в сторону Макдональдса. С ним у меня были связаны достаточно приятные воспоминания. В самом начале нулевых именно там я встречался с рэкетирами, требующими от меня массу услуг за символическую плату. Помню наш первый “базар-вокзал” - пацаны знали карате, ушу, тхэквондо, джиу-джитсу и много других страшных слов, но были абсолютными болванами в делопроизводстве и законодательстве. В результате, готовя у них на глазах “суп из топора”, удалось раскрутить незадачливых спортсменов на 2000 долларов, всучив в качестве результата работы нотариально заверенные копии их собственных документов и отбыв отдыхать в Крым на глазах изумленной публики.