— Кессика! — Илриэна уже не скрывала волнения. — Постой, дай поглядеть на тебя… Речница остановилась и принялась рассматривать носки сапог. Уже несколько дней обитатели Замка принимали её за Некромантку, белое зелье намертво въелось в кожу, чёрную одежду с плеча Сирилин подогнали по фигуре. Из прежних вещей Кессе оставили только длинный кинжал белого стекла да Зеркало Призраков. Ночью ветер переменился, незримая преграда между Нэйном и Рекой развеялась, и Хелингес, повелитель подземного города Урталар, ответил на призыв Сирилин. Странные существа, живущие в Урталаре, согласились помочь Кессе. Их туннелями она незаметно войдёт в Нэйн, а там её встретят… и если повезёт, это будет не демон-властитель Нэйна и не его подручные.
— Они называют себя «Ненраани», — в третий раз напомнила Сирилин, разглядывая Кессу со всех сторон. — Высокие синекожие ящеры с рожками. Хелингес у них главный… надеюсь, он всё понял — связь была прескверная…
— Ненраани выдыхают парализующий дым, — заметил Канфен. — Но в целом они народ мирный. Сирилин, ты была в их колонии?
— В одном из крайних туннелей, — кивнула Илриэна. Астанен нахмурился.
— Канфен, у вас будет время для беседы о мирных народах. Кесса, Чёрная Речница, ты готова к полёту?
— Да, Король Астанен, — Кесса смело встретила его взгляд.
Правитель усмехнулся и кивнул Речнику Тиллиту.
— Держи, это на дорогу. Тебе лететь три дня, на охоту не будет времени. Еда дракона — в тюках под крыльями, а это для тебя. От свёртка не пахло ни Листовиком, ни цакунвой. Ничего из обычной речной еды Кессе с собой не дали — чтобы ей не выдать себя раньше времени. Не было у неё и дорожной сумы — Сирилин, улетая из Нэйна, ничего не взяла с собой…
— Не забудь пароли! — прошептала Илриэна и протянула Кессе кристалл мориона на тонкой серебряной цепочке. Речница кивнула и повесила амулет рядом с Зеркалом Призраков. Серая гладь на мгновение прояснилась, но Кесса не успела рассмотреть проступившие очертания.
— Не ждал, что так быстро отправлю новичков в настоящий бой… — тихо сказал Речник Тиллит, остановившись за оградой. Кесса шла за ним, с любопытством оглядываясь по сторонам — на драконий двор её пустили впервые. От слов Речника она поёжилась, как от холодного ветра.
— И… Кенну тоже будет драться? И Сима, и… — робко спросила она.
— Да, — Тиллит покачал головой. — Все, кто может держать меч.
Таковы наши обычаи, Чёрная Речница. Будь моя воля… Он замолчал и указал Кессе на Белого Дракона, облачённого в кожаную броню. Металлические пластины, как разглядела Речница вблизи, всё-таки были, но их закрасили под цвет драконьей шкуры.
Нильгек в последний раз проверил, надёжно ли крепится упряжь, и не потеряет ли дракон тюки с припасами, и отступил к сараям, смерив Кессу угрюмым взглядом.
— Келин донесёт тебя до границы, а дальше… — Тиллит замолчал, погладил дракона по чешуйчатой щеке и положил ладонь Кессе на плечо.
— Я не подведу, Речник Тиллит, — пообещала Речница, тронув его пальцы. Впервые она садилась в седло, и всё-таки оно выглядело надёжным, а дракон — спокойным. Кесса летала уже верхом — Нингорс, её друг и защитник, перенёс её через весь Хесс, и усидеть на его спинном гребне было куда труднее!.. Речница тихо вздохнула. Нингорс расстался с ней той осенью, на берегу отравленной Реки, и едва ли они когда-нибудь встретятся. А другой её защитник, доблестный Речник Фрисс, сражается сейчас с нежитью на восточной границе, и встретятся ли они здесь, или за пределами Кигээла, или в Чертогах Кетта… кто скажет?
— Река-Праматерь да хранит тебя, — голос Астанена прошелестел, как сухая трава в весенней степи. Дракон разминал крылья, и все, кто был во дворе, отошли в сторону. Кесса помахала им и через силу улыбнулась.
— Да не угаснут огни Нуску! — крикнула она. — Да течёт Река вечно! Дракон взревел и оттолкнулся от земли, ветер ударил Кессе в лицо, и всё, что увидела она, в последний миг обернувшись на запад, — серебряный поток под обрывом, белые башни и тёмно-синий флаг с огненным котом.
Звёзды ярко горели на иссиня-чёрном небе. Ночь выдалась тёплой, в дебрях Высокой Травы не смолкал хор цикад, ветер пропах цветами Некни и бесчисленных вьюнков, оплетающих травяную чащу. Здесь некому было собирать сухую траву, и прошлогодние стебли валялись под ногами, опутанные мёртвыми лозами и укрытые прелой листвой. Из-под сушняка, хрустящего под ногами Речницы и лапами дракона, порскали во все стороны полёвки, и однажды сова чуть не задела Кессу крылом в погоне за мышью… Травяной лес расступился, выпустив путников на луг, поросший низенькой травкой малфу, и чем дальше, тем реже становилась она.