— Зачем?! — свистящим шёпотом спросил он. Перед дверью, окончательно закрывая Гедимину путь в хранилище, встали пятеро сарматов в тяжёлой броне, и оружие в их руках было направлено на Древнего. Тот судорожно вздохнул и посмотрел на Хиу, вставшего в центре.
— Вы действительно собрались стрелять в командира станции? — тихо спросил Древний Сармат, не веря своим глазам.
— Нам очень не хотелось бы этого, — ровным голосом ответил Хиу.
Оружие в его руках неярко сверкнуло, и вперёд выдвинулся массивный подствольник с широким дулом. Рука Гедимина дрогнула и опустилась, даже не потянувшись к сфалту.
— Пропусти меня в хранилище, — спокойно попросил сармат. — Я беру ликвидаторский корабль на сутки и шесть зарядов «Гельт»… насовсем.
Трое сарматов нужны в экипаж, все вернутся через сутки. Или даже раньше.
— Теперь, Гедимин, я спрашиваю тебя: зачем?! — Хиу смотрел Гедимину в глаза, но ничего не видел сквозь тёмный щиток. По стенам коридора волнами переливалось зеленовато-белесое сияние, жар шёл от них.
— В войне знорков погиб ликвидатор Фриссгейн, — медленно проговорил Древний — слова нелегко ему давались. — Пора закончить эту войну. Запуск проведу с корабля. Станции ничто не угрожает. Волна красных вспышек прокатилась по коридору, отчаянно взвыла и тут же замолчала тревожная сирена. Хиу поднял оружие, на краю дула показалась багряная искра.
— Наше вооружение — не для зноркских войн. Ты нарушаешь закон. Мы не позволим тебе это сделать. Отойди, командир… Гедимин смотрел не на Хиу — на странно блеснувшую стену в пяти шагах от него. Сармату не померещилось — сейчас в него целились не только охранники станции, но и сама «Идис», и схлопывающееся защитное поле было самым безобидным из того, что она приготовила.
Сармат удивлённо мигнул и перевёл взгляд на Хиу.
— Высоко целишься, — заметил он.
— Я не хочу убить тебя, — глухо ответил тот. — Лучше мы сломаем тебе вторую руку, чем Совет Сармы расстреляет тебя на пороге станции. Ты не в себе сейчас, командир, и это плохо кончится. Отойди… Хиу не шутил. Путь к хранилищу был закрыт. Гедимин медленно склонил голову и поднял перед собой левую руку, показывая, что его ладонь пуста. Правая неловко дёрнулась и снова налилась болью и отяжелела, будто её только что выплюнул тот змееящер…
— Твоя взяла, Хиу, — еле слышно сказал сармат, повернулся и пошёл прочь. К оружию он так и не притронулся, даже не вспомнил о нём.
Зелёное сияние дрожало на стенах, идя по его следам, пока ворота станции не закрылись за ним. Хиу с тяжёлым вздохом опустил излучатель.
— Дождаться не могу, когда у него срастутся кости, — пробормотал он. — Тогда у него не будет времени сходить с ума! Тревожные отсветы на стенах медленно гасли. «Идис» растерянно глядела на сарматов у дверей хранилища. «Не помочь…» — неслышно простонала она.
— Теперь надо искать этого знорка-ликвидатора, — продолжал Хиу, проверяя надёжность дверей. — Как будто других дел нет… Хранитель, успокоил бы ты командира, что ли… «Можно найти — буду искать,» — ответила станция, и последние сполохи в коридоре погасли. Хиу пожал плечами и пошёл к флониевому цеху. С Гедимином или без него, работу следовало завершить… Гедимин стоял у разрушенного дома, спиной к станции. У него не было сил оглянуться. Он смотрел на свою ладонь. Короткий, тяжёлый, запечатанный в кеззиевую фольгу стержень для сфалта лежал на ней.
Мысли сармата постепенно прояснились, и детали складывались в единое целое. «Опять придётся всё делать самому. Ну что же…» — в задумчивости он пожал плечами, правое плечо немедля напомнило о себе, и стержень выпал из дрогнувшей руки и покатился по древней улице. Гедимин стиснул зубы и шагнул следом. Светло-серая морда высунулась из стены, крысиные лапы ухватили стержень и с трудом подняли его с мостовой.