***
Ноябрь выдался на удивление солнечный, пускай даже и ветреный. Идя вдоль по улице С-ды, наблюдаешь за тем, как опадает позолоченная листва на потресканый местами асфальт. Сразу вспоминается песня "Что такое осень". Поэт отлично передал настроение столь прекрасного времени года. Отрадно сердцу чувствовать любимую погоду, быть частью ее. Между тем, мои скитания привели меня на перекресток, пересечения С-ды и Л-ой улицы. Помнится, как-то раз он приводил меня сюда. Пройдя через дворы, я по старой памяти вышла к той самой запустелой "бетонке". Брошенное, бог знает, когда, здание, являлось указателем этого места. Здесь, как и в тот день, не было никого, несмотря на хорошую погоду.
Шаг, два, три, и вот я снова иду по запустелой дороге, шебурша листвой. Не доходя до самого водохранилища, я свернула направо, в сторону небольшого парка, где мы проводили тот вечер. Скамья была завалена листьями, отчего пришлось приложить небольшое усилие к тому, чтобы расчистить себе место. К своему удивлению, на ней же я нашла его перчатки, которые он тогда забыл здесь. Они лежали ровно на краю. Найденный отголосок прошлого пробудил во мне теплые чувства, заставив улыбнуться. Сняв гитару с плеча, я села, взяв их в руки. Пускай это не больше, чем просто вещь, но каково порой приятно дивиться мелочам, особенно связанных с чем-то важным для тебя. Мне казалось, что в этот момент я провалилась во времени. Бороздя глубины подсознания, наружу вылезало все больше и больше воспоминаний, которые я тщетно старалась забыть за все то время, что отсутствовала здесь.
***
Когда отделяют голову курицы от тела, последнее продолжает еще какое-то время существовать, не думая о потере. Оно по-прежнему живет своей жизнью, инертно выполняя те же действия, что и при наличии головы. Так и здесь, резко изменив свою жизнь, я оставила его одного с надеждой на мое возвращение. Условное "тело" продолжало нести свое существование, не зная о том, что "голова", полетевшая с плеч бездушным палачом, покатилась вниз, бессмысленно паря в воздухе, пока она не упадет на сырую землю. Отчим забрал мои вещи из квартиры бабушки. Ей же он ничего не стал говорить про меня, сославшись на мать. Переживания бабули отразились также и на деде, который меня недолюбливал, но проявлял маломальское уважение как к внучке. Мать не стала объяснять ситуацию, как есть. Пойдя иным путем, она сказала бабушке, что я буду жить у нее до окончания учебы, поскольку ездить в колледж мне проще отсюда, что было правдой. Весомый аргумент сыграл свою роль, отчего бабуле стало легче. Однако, по моей просьбе, мать предупредила ее о том, чтобы адрес моего местонахождения остался неизвестен. Бабуля в свою очередь засыпала мать вопросами касаемо странной, по ее мнению, просьбе. И все же, немного помешкав, она дала слово, что ничего ему не скажет. Деду же в этом плане было все равно. Она равно относился к нему также недружелюбно, как и ко мне. Но, даже не смотря на ворчливость и эгоизм старче, бабуля взяла и с него обещание о молчании.
Так началась новая жизнь в старой квартире, в которой я провела без малого восемнадцать с половиной лет. Теперь по-прежнему я стала ездить на учебу без опозданий, за исключением некоторых дней, когда было просто лень подниматься с кровати. Обычно это были дни, когда мать с петухами вставала на работу, понадеявшись, что "мое высочество" проснется без чьей-либо помощи. Друзья стали чаще видеть меня, хоть таковых было не так много. Среди них был, в том числе, один парень, которого я знала очень хорошо. Его попытки за мной ухаживать оказались тщетны, однако я не брезговала на протяжении полугода проводить время в его постели. Любая девушка назовет меня грешницей, не ценящей своего достоинства, но что с того? Тогда для меня он был просто любовником, пускай даже и пытавшейся завладеть мной. Вся эта плотская кратковременная история осталась позади, когда я уехала к бабуле. Да и он к тому моменту, как я слышала потом, нашел себе подружку.
Мать, привыкшая жить без меня, поначалу удивлялась моему присутствию. Особенно это сказывалось после работы, когда уставшая, она приходила домой, не помня себя. Частично я помогала ей разбираться с домашним бытом, будь то стирка или готовка, хотя последнее мне всегда давалось трудно. С детства, как ни странно, у меня не шла женская обязанность. Мать не настаивала на том, чтобы я стояла у плиты, занимаясь всем сама. Зато у меня получалось держать дом в чистоте, что значительно ей сократило временные затраты на квартиру и уделяло большую часть времени на занятие самой собой.