– Столько! И еще столько. Скупой платит дважды, – откаламбурила Жади.
– За что? – обреченно спросила мама Стелла. – Просила вас взять обменную карту из родильного дома. Там анализ крови Генерала – прямое доказательство. Вы не почесались. Все документы, фотографии, доказывающие их знакомство, я сама предоставила. Просила взять распечатки телефонных разговоров между Генералом и Мариной. Вы и это не сделали…
– Постойте, постойте, я – все возможное. То, о чем вы говорите, не просто, – затараторила Жади, почувствовав, что теряет контроль над ситуацией. – Надо добиваться повторной экспертизы крови, но не почтой, а лично. Ясно? Помогу…
Жади, к удивлению мамы Стеллы, помогла. Суд обязал Генерала ехать на сдачу крови, причем в компании с Мариной и мамой Стеллой.
ОБЫКНОВЕННЫЙ ФИНАЛ
«С устроителями игр на деньги нечего и играть»
Через пару дней Марина в праздничном настроении приехала в офис акционерного общества, уткнулась в несговорчивую вертушку пропускного пункта и по затертому, замусоленному пальцами, засаленному ушами общественному телефону, висевшему на стене первого этажа, позвонила Генералу, обитавшему где-то на третьем:
– Здравствуй, Стас, как договаривались, я приехала за деньгами на билеты. Скажи охране, чтобы…
– Марина, не вовремя, – спешно ответил Генерал. – У меня разговор с Москвой. Постой, перезвоню…
– Стас, подож.., – не успела закончить фразу Марина, как трубка в кабинете Генерала приземлилась на отключающий рычаг телефонного аппарата.
Переговоров с Москвой Генерал не вел. Первая часть ответа являлась безобидным обманом, отработанным до совершенства, приемом отпинывания ненужных просителей и наскучивших претендентов на близкие связи. Здесь были варианты: «У меня планерка», «Совещание. Перезвоните»… Обычно Генерал говорил первое, что возникало в уме. Вторая часть претендовала на правду. Едва генеральская ладонь опустила трубку, как пальцы набили три цифры.
– Пропускной пункт акционерного общества «СНГ», – проинформировал охранник.
– Там ко мне женщина рвется – одна из сокращенных правдоискательниц, – сказал Генерал. – Она всех достала. Похоже, психически больная. Ты ее не пропускай, скажи, что скоро спущусь…
Следом Генерал вызвал секретаршу и отдал еще один приказ:
– Если с пропускного пункта позвонит женщина, скажи, что меня вызвали к вице-президенту…
Печальная Марина вернулась домой. Она уткнулась маме Стелле в плечо и жаловалась, пока та, увлеченная идеей обеспечения дочери за счет денежного кабинетного нефтяника, не перезвонила Генералу.
– Стас, это Стелла Степановна. Тебе тяжело спуститься и деньги на билеты передать?
– Стелла Степановна, дела засосали, как болотина, чтобы голову высунуть и дыхнуть, подпрыгивать надо, а почвы нет, – бодро ответил Генерал. – Вот опять Москва беспокоит…
– Только положи трубку. Найду и на телефонном шнуре повешу, – пригрозила мама Стелла. – Слушай, с тебя надо всего ничего.
– Денег ни копейки. Поиздержался, – с расчетом на понимание заговорил Генерал. – Новый джип купили. В долги влез.
– Как ты так можешь?! – возмущенно воскликнула мама Стелла. – Если уверен, что не отец, чего бояться? Сдай кровь, докажи.
– Женщина, у меня и без вас проблем по горло, – сухо сказал Генерал.
– Сам нагулял…
– Доказать надо…
– Ты, жирный карась, так просто с нашего крючка не спрыгнешь…
Мама Стелла положила телефонную трубку и села на единственную табуретку, стоявшую посреди опустошенной кухни. Табуретку подарили соседи, купившие новую мебель. В спальне стоял дареный соседский диван, годившийся только на свалку. Судебная борьба потребовала немалых денег, и собственный кухонный гарнитур маме Стелле тоже пришлось продать. Пришлось продать и прихожую, одежду вешали на гвозди, вбитые в деревянные пробки твердокаменной стены…
Конкретную птицу, если не окольцована, поймать сложно: летает и теряется средь множества других. Генерал принял за обязательное уезжать в командировки, когда ему приносили приглашение на сдачу крови. Мама Стелла с Мариной выбились из сил в попытках поймать его на месте.
В командировки Генерал исчезал с завидной регулярностью. Исчезал каждый раз, когда получал по почте приглашение на сдачу крови. Но, в конце концов, одна из его поездок выпала на Тюмень, и еще в самолете ему пришла в голову спасительная мысль посетить ту самую лабораторию крови и осторожно проверить, сколько будет стоить подмена жизненной жидкости. Узнанной суммой он оказался очень удивлен и доволен. Впоследствии, хвалясь перед близкими друзьями, он говорил: