– Я и не подозревал, что там так бедно живут. За такое серьезное дело попросили смехотворную сумму. Чудаки…
Ах, как радовалась мама Стелла с Мариной, когда их Стас с раздраженным лицом человека, оторванного от важных дел, наконец, появился на вокзале, чтобы сесть в вагон ненавистного ему поезда. Он целые сутки молча выдерживал присутствие и укоры праздновавших победу женщин, испытывая при этом невероятную веселость от предзнания финала, когда его хороший знакомец Коля Срокошвеев размахнется своим судейским молоточком, стукнет по столу и провозгласит справедливый приговор суда российской федерации:
– Анализ показал (в этом месте Коля непременно сделает паузу, чтобы затрепыхавшиеся от радостного волнения сердца тети Стеллы и Марины затрепыхались еще быстрее), что гражданин Станислав Тихомирович (здесь он посмотрит на подсудимого и иронически улыбнется) отцом ребенка истицы Марины (здесь он опять приостановится, чтобы поглядеть, как Марина бросит уверенный в тексте приговора тяжелый и острый, как копье спартанца, взгляд на Генерала) являться никак не может…
Он ехал и, ощущая отчетливые столкновения вагонных колес с рельсовыми стыками, воображал, как после оглашения приговора суда веселившиеся сейчас женщины попадают в обморок, а может, их затрясет истерика. Он представлял, как, явившись домой, они будут считать свои жиденькие зарплаты, на которые заживут, лишившись всякой поддержки от него, обиженного их погоней за барышами. Он радовался, что, наконец, избавляется от этой семейки навсегда. Генерал достал из дорожной сумки бесплатную газетку, взятую им с продуктового прилавка в одном из магазинов маленького нефтяного города. Называлась газета «Дробинка». По привычке открыл самую середину и принялся за чтение.
СКАЗКА О МУРАВЕЙНИКЕ – 3
«Люди радуются красоте летящей птицы, но когда в нее целит охотник, никто не препятствует»
Действующие лица:
Букашечка – обычный человек, занявший место зажравшегося чиновника, Матки, и спустя время сам превратившийся в Матку.
Дробинка – обычный человек, рассказывающий народу правду о произволе чиновников.
Муравейцы – жители города под названием Муравейник.
Другие – по мере надобности.
Здравствуй, дружок! Сегодня я предлагаю тебе продолжение сказки о Муравейнике. Сказка эта, как и раньше, страшная, конец ее так же не определен.
Народную Дробинку в итоге расплавили. Муравейцам надоела стрельба, от которой с неба в рот ничего не валится, а Букашечка и другие коррупционеры не падают замертво. Понять, что пальба Дробинки – призыв к совместным действиям, никто не хотел, потому что большинство в Муравейнике неплохо кормилось и миску терять не желало. Большинство муравейцев волновало только то, что другие могут иметь, что они не могут. Хотелось бы больше, но по-тихому. Поэтому большинство предпочитало из ближайших скважин наблюдать за происходящим и, не сбивая шаг, ходить по кругу, добывая сливки из Нефтеяхи и готовя прижизненный памятник для Букашечки и других властительных особ.
В борьбе с Дробинкой Букашечка усилил аппарат мыслепользования и набрал армию из бывшей оппозиции. Из органа самоудовлетворения Букашечка создал механизм для коллективного отмывания своих черных желаний. Деньжат всегда мало. И чтобы набить карманчики бюджетными тугриками необходимо направить их в нужное русло: озеленить, построить и даже цветы посадить, но так, чтобы те, кто будет этим заниматься, платили куда надо. Можно даже дирижабли запускать, если друзья руководят подрядными фирмами, а для растолмачивания народу этих фокусов уже давно функционирует аппарат мыслепользования, где к услугам и эфир, и листы. Да и Дробинку к этому делу подключили.
Праздники пошли один за другим. Букашечка нацеплял на себя ордена и погоны и так увлекся собиранием званий, что стал многократным муравейцем года в своем Муравейнике, лучшим журналистом своего Муравейника, лучшим писателем своего Муравейника, лучшим рабочим всех специальностей, лучшим руководителем… лучшим пассажиром джипа, лучшим из Лучших… Он снискал все звания, которые мог дать себе собственной властью, и всех званий, которые можно купить за деньги. Но все равно не смог превзойти прежнюю Матку, которая, угнездившись рядом с губернатором, урвала звание академика в противовес Букашечкиной докторской диссертации…
***
Должности, звания, славу можно купить, бессмертие нет. Генерал прочитал, посмеялся и забыл: его мало интересовал город, из земель которого он качал нефть, тем более налоговая полиция, которой Алик уделил так много внимания. Впрочем, забывчивость по отношению к маленькому нефтяному городу при отъезде была свойством характера не только Генерала, а многих жителей маленького нефтяного города, стремившихся покинуть опостылевший край. Люди уезжали, забывали, но почти всегда приходилось возвращаться. Так и Марина с мамой Стеллой, которые, конечно, проиграли суд Генералу, уезжали и возвращались и теперь окончательно исчезают из нашего повествования. Алик иногда видел их в маленьком нефтяном городе, здоровался, но без сердечной когда-то теплоты. В истории с Мариной и Генералом осталась за пределами нашего внимания одна очень важная фигура, помогавшая Генералу скрываться в командировках – его главный бухгалтер.