АЛКОГОЛИКИ
«Как лыжам, так и таланту нужна смазка»
История газеты маленького нефтяного города знала двух алкоголиков. Мерзлая, редакторша газеты, и Петровна относились к ним с почитанием. Одного звали Тщеслав, и иногда в нем возникало что-то светлое, наподобие лучей солнца, пробивающихся через тонкую ткань ушей.
– Девчонки, вы знаете, как надо худеть?! – произносил он, похожий после двухнедельного запоя на живой скелет. – Пейте водку и запивайте ее водой, – и больше ничего!
Такова была манера работы Тщеслава: три месяца труда, а потом полмесяца пьяных прогулов. После этого он возвращался, словно потрепанный в любовных схватках кот, и, улыбаясь, произносил указанную выше фразу. Человек он был веселый, глазки так и сияли в женском коллективе редакции, и, зная, как унять упреки относительно прогулов, произносил:
– Галочка, давай я тебя обниму!
Мало того, что Тщеслав произносил такое пожелание, он еще и направлялся к Галочке, и весь его вид излучал серьезное намерение осуществить то, что он затеял.
– Только попробуй! Ишь ты! – игриво отвечала замужняя Галочка, слегка отбиваясь, но в принципе она была не против.
– Мужчина без женщины глупеет, женщина – дурнеет, – сказал Тщеслав, продолжая заигрывать с Галочкой. – Мне без женщины никак нельзя.
– Я-то тут при чем? – спрашивала Галочка. – Он один, а я виновата!?
Она обращалась к другим редакционным женщинам, ища поддержки, а все смешливо на них поглядывали, та же Петровна и Мерзлая.
По образованию Тщеслав был военный репортер, отличник, милицию не любил на уровне животных инстинктов и говорил об этом открыто, и как-то ему представилась возможность…
Двое милиционеров из соседнего поселка, с оружием, смертельно пьяные, решили проехаться на машине, попали в аварию и очутились в больнице маленького нефтяного города. Тщеслав, как узнал, прибежал в редакцию и, вместо того чтобы как обычно пошутить, начал оживленно рассказывать о происшедшем, а в конце предложил:
– Ах, суки! Считают, что им все дозволено. Берусь. Напишу расследование.
– Я не против, – ответила Мерзлая.
Тщеслав обратился в милицию, больницу, но наткнулся на служебную тайну и клятву Гиппократа.
Клятва Гиппократа и служебная тайна для журналистов маленького нефтяного города всегда возникали, когда организации не хотели разглашать неудобную информацию, и никогда не возникали, если разгласить информацию приказывало руководство. Все клятвы относительны, ими удобно прикрываться, их можно забыть…
«Что делать? – искал выход Тщеслав. – Как доказать, что менты были пьяные? Другого пути нет, как сослаться на данные компетентного источника, который я не могу назвать. Конечно, информатора не существует, но они были действительно пьяны. Менты подумают, что их кто-то выдал, и подавать в суд не будут. Сто процентов…»
Детали прояснились после командировки в поселок, где интервьюируемые оказались более словоохотливыми, а на таких людях и держится журналистика. Оказалось, что машина с пьяными ментами врезалась в стоявший на обочине автомобиль.
«Как мог Александр Поручиков в милицейской форме, да еще при оружии (то, что у него нашли пистолет, в один голос утверждают медработники, но напрочь отвергают сами «блюстители» порядка), сесть за стол и выпить, скажем прямо, солидную дозу спиртного? Вот вам и хваленая честь мундира. Позволю предположить, что это не первый случай совместного застолья, просто до этого они заканчивались благополучно, а если кто и замечал, то спускал «на тормозах», – это была первая и последняя критическая фраза Тщеслава в газете маленького нефтяного города, опубликованная в его единственном расследовании «Долг».
После опубликования «Долга» через весьма короткое время Тщеслав опять ушел в запой и вернулся в редакцию не только похудевшим, как обычно, но и посиневшим от побоев. Где его так сильно отработали, он подробно не рассказывал, но грешил на милицию. Правда это или неправда – судить сложно, но после этого случая Тщеслав стал писать только хорошие материалы, в которых хвалил администрацию города, или сочинял легенды о людях, которые порой достойны были разве что хорошего пинка под зад. В конце концов он умер во время одного из запоев.
***
Другой алкоголик со странной фамилией Лучина не писал расследования. Он был умудренный жизнью мужчина и не искал проблем. В отличие от Тщеслава он приехал в маленький нефтяной город не на пустое место с одной лишь зарплатой, а на готовую квартиру, подаренную городской администрацией. Он писал в газету красивые байки и политические материалы, призванные обработать население. Его источниками были высшие чиновники города. Он добротно рисовал их мысли, а в награду мог спокойно уходить в пьяные загулы.