Домой вся компания вернулась сильно позднее ужина. Почти сразу слуги разбрелись по комнатам и легли отдыхать, так как день был очень длинный, веселый, но непростой. Рома уснул в машине, не доехав до дома, так что Рудольф отнес его в детскую на руках и помог Лере переодеть мальчика. Он не стал никак комментировать неожиданный поступок девушки в момент празднования, ставший для него своеобразным подарком и облегчением и просто сказал:
– Спасибо, что сделали этот день таким... Вы отлично поработали.
Лера мягко улыбнулась.
– Не за что, Рудольф. Доброй ночи, – она хотела было пойти к себе, но он поймал ее за руку и осторожно обнял со спины. Рудольф закрыл глаза, чтобы не позволить себе ничего лишнего, просто прижал ее к себе на мгновение и шепнул:
– И за это тоже спасибо. Доброй ночи,– объятие продлилось не дольше минуты, Алфёров отпустил девушку и быстро ушел к себе, испытывая смешанные чувства. Это была квинтэссенция нежности и радости, боли и горечи.
На следующий день ему снова пришлось уехать на работу на целый день. Увы, сегодня ему не везло, начиная с косяков рабочих на производстве – три производственные травмы и два сорванных договора! – и заканчивая долгой нервотрепкой в казино и двух клубах. Нервов и сил Алфёров потратил настолько много, что по пути домой мечтал лишь об одном – сытно поесть и крепко поспать. На ужин он снова опоздал, пришлось распорядиться, чтобы ему принесли еду в кабинет. Рудольф направился к себе в надежде, что хоть сейчас отдохнет по-человечески. Однако, и тут ему не особо повезло. Поднявшись в кабинет, мужчина застал внутри Риту. Она нарочито тщательно вытирала пыль с полок.
– О, добрый вечер, хозяин, – девушка наигранно-ласково улыбнулась и шутливо поклонилась.
– Какого черта ты тут забыла? – огрызнулся он, проходя внутрь.
– Хотела поухаживать за любимым братиком, а заодно поинтересоваться, какого хрена ты устроил? – она посмотрела ему в лицо, резким движением отбрасывая тряпку в сторону.
– Ты вообще о чем? – он устало потер переносицу, чувствуя, как внутри закипает раздражение.
– О том, что ты нифига не учишься на ошибках своего отца! Решил Роме братика сделать, чтобы он стал таким же мудаком, как и ты?
До Алфёрова дошло, что Рита имеет в виду, и раздражение сменилось злостью. Эта стерва решила, что имеет право выкатывать ему претензии?! Он и так всеми силами сдерживается, хранит свои чувства от всех, включая себя самого, а тут эта заноза в заднице решила свое недовольство высказать.
– Не неси ерунду, – он сложил руки на груди, чтобы не стукнуть сестру чем потяжелее.
– А ты мне лапшу на уши не вешай, я все видела! Я видела, как ты засосал эту выскочку в саду, вижу, как ты постоянно ее окучиваешь своими рассказиками и поблажками! – глаза Риты вспыхнули зеленым огнем, выдавая давно накопившиеся эмоции. – Вы уже даже не скрываете ничего, обнимаетесь на людях так, словно она твоя жена!
– Пошла вон отсюда! – он напрягся сильнее, сдерживая порыв вытолкать ее за шкирку.
– Никуда я не пойду, слышишь?! Ты слишком много моей крови выпил со своими тараканами, постоянно унижал меня и мою мать, а сам-то?! Чем ты лучше нашего папаши, раз носишься за нянькой своего ребенка, как кобель в период течки! – Рита схватилась за первое, что попалось под руку, опередив порывы брата – в ее руках оказалась фарфоровая статуэтка в виде шпица.
– Положи на место, я не обязан отчитываться перед прислугой! – он тоже схватился за первую попавшуюся книгу, – я тебе в целом ничем, сука, не обязан!
– А КТО СДЕЛАЛ МЕНЯ ПРИСЛУГОЙ В РОДНОМ ДОМЕ?! – девушка швырнула в него статуэтку, и та с громким звоном разбилась об стену, так как Рудольф успел увернуться.
– Ты сама выбрала этот путь, я предлагал тебе уйти по-хорошему! – он подошел к ней, чтобы удержать от новых разрушений, и схватил ее за руки,– хватит истерить, пока я тебя не...
– Это не честно! Ты так просто не избавишься от меня, не в этой жизни! – Богданова принялась вырываться с таким рвением, что ему пришлось завернуть ее руки за спину, чтобы она не расцарапала ему лицо.
– Как же ты заколебала! Кто тебе сказал, что этот мир в принципе справедлив? Думаешь, тебе одной было хреново в этом проклятом доме?! Неблагодарная дрянь!
– Бедненький весь измучился!
Мужчина потащил-таки ее к выходу и сильным рывков открыл дверь, собираясь вышвырнуть горничную прочь из кабинета, но столкнулся лицом к лицу с Лерой, пораженно застывшей перед входом в комнату. В руках Яковлевой был поднос с ужином.