Однако, слез все же не было. Алфёров пролистал книгу до конца и все же смог взять себя в руки. Подхватил мальчика на руки, крепко прижал к себе и спрятал лицо у него на плече. Ромка весело рассмеялся – ему стало щекотно от папиной щетины и дыхания.
– Папа, секотно!
– Спасибо, родной. Это самый лучший подарок, – сказал он так тихо, что Лера едва смогла расслышать его.
– Плавда? Тебе нлавится?
– Очень сильно, – сказал он уже громче, и поднял взгляд на девушку. На ее лице расцвела радостная улыбка. Их взгляды встретились и она прочла в его серых глазах нечто куда большее, чем простую благодарность.
– Ула! – воскликнул Рома и повернулся к Лере. – Лела, обнимес нас?
Она неловко улыбнулась и вновь посмотрела Рудольфу в глаза, будто спрашивая разрешения. Он коротко кивнул и девушка подошла к ним, оставив свой подарок прямо на его кровати, мимо которой проходила. Она обняла их невесомо, очень осторожно, но даже так чувствовала то, как сильно он был напряжен. Почему? Вероятно так ему легче было справляться с эмоциями, запирать их внутри себя и бороться с ними, вместо того, чтобы давать им выход. Она и сама часто делала также, но по горькому опыту знала, что рано или поздно они возьмут верх. Конечно, Алфёров был куда сильнее ее, но, в таком случае, его эмоциональный взрыв может стать настоящей катастрофой.
– С днем рожденья тебя, с днем рожденья тебя... – тихо начала петь песенку Лера, а Ромка радостно подхватил ее:
– С днем лоздения, лутсий папа, подлавляем тебя!
Рудольф не смог сдержать теплой улыбки и поцеловал сына в щеку так, что девушке на мгновение показалось, что в этом месте еще надолго останется ямочка.
– Спасибо, – сказал он в очередной раз и неловко улыбнулся. Лера отпустила их и с такой же немного неловкой улыбкой отошла к кровати и принесла ему его подарок.
– Надеюсь, это вас порадует.
Рома потянулся ручками к Лере – видимо тоже хотел дать папе возможность насладиться новым подарком, и девушка взяла его на руки, крепко прижала к себе и поцеловала в нос. Рудольф же тем временем бережно распаковал ее подарок и поднял на нее удивленный взгляд:
– Я думал, что это была шутка... – сказал мужчина, доставая из небольшой подарочной коробки блокнот в твердом переплете, больше напоминающий книгу детских сказок. Лера весело улыбнулась.
– Она пуста. Вам предстоит вписать сюда свои собственные сказки. Уверена, через какое-то время вы будете очень рады перечитать их вместе с Ромой.
– Да! – мальчик решительно кивнул. – Мне нлавится мистел Каландас!
Рудольф улыбнулся ей, вполне искренне и не сдержанно.
– Спасибо, Лера... А это что? – мужчина заметил в коробке еще что-то и, достав на свет, улыбнулся еще шире. – Я обожал писать такими в детстве!
Алфёров извлек набор перьевых ручек и флакон с чернилами, и девушка улыбнулась ярче.
– Я так и подумала. Вы ведь учились каллиграфии, – сказала она давным-давно уже известный ей факт. Она поняла это из писем Регины и из его почерка.
Он кивнул, разглядывая этот набор, как настоящее богатство.
– Правда, остальные подарки вы так легко не получите, – Лера весело улыбнулась, Ромка тоже. Он-то знал, что его няня приготовила для папы что-то очень интересное и ждал этого с нетерпением. – Возможно только один, если... В общем, спускайтесь, позавтракайте и я вам все объясню. У нас как раз сейчас должен быть обед.
Только вот она даже не успела выйти из комнаты, как в дверь постучали. Без разрешения она внезапно распахнулась и перед ними предстала Рита.
– Простите, Рудольф Борисович, что я так резко врываюсь, – саркастичным тоном произнесла Богданова, и Лера напряглась. Девушка держала в руках картину, даже не упакованную. Она держала ее так, что разглядеть что-либо было просто невозможно.. – Мне так хотелось до отъезда поздравить вас с днем рождения, что я просто не удержалась.
Лера смутилась, и взглянула на Алфёрова.
– Мы подождем вас в столовой, сейчас как раз должны подать обед.
Рудольф коротко кивнул, и девушка с Ромой на руках прошла мимо Риты.
«Все же, она его сестра. Им нужно побыть наедине», – подумала Яковлева, спускаясь на первый этаж. По дороге она проверяла все ли готово к воплощению ее задумки.
Вопреки ее представлению, Алфёров присоединился к ним в хорошем настроении. Судя по всему, подарок Риты его ничуть не разозлил, напротив, тоже порадовал. Ему подали праздничный обед, одно из его самых любимых блюд – индейку в апельсиновом маринаде – и его настроение, казалось, потеплело еще на пару градусов. Лера как раз заканчивала кормить Рому и предвкушала то, что им предстоит.