– Спасибо, присаживайтесь. Встаньте, подсудимый,– твердо сказала Каменчук, держа зал под полным контролем. Даже Рудольфу эта сухая, строгая женщина внушала уважение,– понятна вам суть обвинения?
Георгий встал и кивнул.
– Да, ваша честь.
– Признаете себя виновным?
– Разумеется, нет! Я готов доказать, что все, написанное в статье, чистая правда!
«Идиот ничтожный. Хрен ты что докажешь...»– Рудольф стиснул зубы, бросив короткий взгляд на Яковлева.
– Хорошо, присаживайтесь. Мнение защиты, адвокат Рогозин, – судья дала слово защитнику Гоши. Тот сиюминутно встал, поправил свой костюм и принялся читать свою речь.
– Уважаемый суд, я должен внести несколько уточнений в картину, обозначенную обвинением...
Речь адвоката была столь нудной и сухой, что Алфёров невольно зевнул. Вся линия защиты строилась на привлечении свидетеля в лице Леры и ее подтверждении честности брата. Даже если она скажет часть правды, это их не спасет. Если же расскажет всю... То тут у Руди могут возникнуть проблемы.
– Суд переходит к допросу потерпевшей стороны. Алфёров Рудольф Борисович, прошу вас встать и пройти к месту дачи показаний.
Мужчина подчинился в встал на нужное место за стойкой.
– Рудольф Борисович, вы знакомы с подсудимым лично? – начал допрос прокурор.
– Да, я встречал этого человека. Он был приглашен в мой дом в качестве гостя на день рождение его сестры.
– Почему ее день рождения проходил именно у вас дома? Девушка связана с вами внерабочими отношениями?
– Нет. Я хотел отпустить ее на отдых в качестве подарка, однако случилась неприятность. Мой сын, Рома, заболел ветрянкой. Так как я хотел порадовать девушку за ее заслуги, я разрешил провести праздник в моем доме. – его голос звучал ровно и спокойно, Рудольф долго готовился к этому дню.
– Понятно. И как подсудимый вел себя в вашем доме?
– На вид все было в порядке. После обеда он сказался больным, и Валерия уложила его в своей комнате отдохнуть. Там он и нашел злосчастный блокнот с записями девушки.
– А записи в ее блокноте являются правдой?
– Нет. Выдержки из ее дневника не отображают действительность,– мужчина покачал головой.
– Во время праздника у вас возникали конфликты с подсудимым?
– Нет. Он вел себя вполне спокойно, а я доверял его сестре достаточно, чтобы не проверять каждый его шаг на территории особняка. Видимо, зря.
– У меня более нет вопросов,– отчитался прокурор, и судья дала возможность адвокату защиты расспросить Рудольфа.
– Вы сказали, что доверяли Валерии достаточно, чтобы не проверять ее брата. Откуда такое доверие к няне ребенка?
– Она отлично выполняла свои обязанности. И во многом заменила моему ребенку мать. Да, я доверял ей.
– Тогда как вы объясните ее записи? Почему девушка, которой вы так доверяли, написала такое в дневнике?
– Эти записи были сделаны давно, судя по дате, а то время я помню очень смутно, так как много работал над продолжением цикла «Стертые имена»,– четко ответил Рудольф.
– А как вы объясните историю с Богдановой Ритой? Эта девушка работает на вас горничной почти четыре года, вы будете отрицать, что она является вам сестрой по отцу?
– Нет, не буду. Рита и правда дочь моего отца от Богдановой Натальи. Однако я не считаю предоставление работы родственнице преступлением.
– Девушка рассказала, что вы специально унизили ее этой должностью, поставив это условием для ее проживания в родном доме. Это не так?
– Это правда. Я не питаю добрых чувств к Рите, и хотел, чтобы она добровольно покинула мою жизнь. Я предлагал ей деньги в качестве компенсации, но она отказалась. А отдавать внебрачной дочери отца часть наследства, что ей не принадлежит, я не собираюсь. В завещании ее не было обозначено. Все по закону.
– Почему же девушка отказалась подтвердить вашу историю здесь, в зале суда?
– Она подтвердила все, созвонившись с юристами, и дала письменный отказ от дачи показаний в суде, так как находится на отдыхе в Анапе. Планы Яковлева были для нее неведомы, она рассказала свою историю ему просто в надежде на моральную поддержку.