– Руди будет в восторге, – ярко улыбнулась Милена. Девушка тихо рассмеялась, подумав о том, что ему гораздо больше понравится новый комплект белья.
Однако она ошиблась. Увидев ее, Рудольф распахнул глаза так широко, что Лера не смогла сдержать яркой улыбки. Ему нравилось то, как она выглядела... Ее труды не были напрасны. А, надо сказать, потратила на все это она довольно не мало времени.
– Лера... – он подошел к ней, обошел ее кругом и с восхищением уставился в ее глаза. Яковлева замерла, ожидая вердикта и он не заставил себя долго ждать. – К чертям ужин. Не хочу никуда ехать!
– Эй, погоди–ка, – она подняла бровь. – В каком смысле «не хочу»?
– А в таком, что показывать такую красоту всем просто грешно. Глупо прозвучит, но я еще сам не налюбовался, – сказал он таким тоном, что Яковлева стремительно покраснела и решила отшутиться:
– Пойду переоденусь в толстовку.
– Не говори глупостей. Просто ты выглядишь потрясающе. Серьезно, сейчас ты выглядишь куда дороже любой сделки, – признался он тихо.
– Извольте, господин Алфёров, – она коснулась пальчиками его груди и улыбнулась. – Давайте заключим уговор. Если мы сможем договориться с Демидовым – я постараюсь радовать вас таким видом почаще.
– Надо позвать юриста, – рассмеялся он и подал ей руку.
– Я могу сказать то же самое на диктофон, потом у тебя будет доказательство, – Лера улыбнулась ярче. – Поехали, будет не хорошо, если мы опоздаем.
Всю дорогу Рудольф не сводил с нее глаз. Да и на ужине вел себя просто безупречно. Представил Леру супругам как свою девушку, ухаживал за нею так, что даже Аделина Сергеевна, девушка не намного лет старше самой Яковлевой, поглядывала на нее с легкой завистью, а на мужа, мужчину на пару десятков лет старше Рудольфа, с укором.
Но не смотря на это, вечер прошел весело и легко. Девушки быстро нашли общий язык на фоне творчества Алфёрова, живо обсуждая его романы. Мужчины общались не так активно, но с легкой Лериной руки Александр Павлович вскоре тоже заинтересовался одной из книг Рудольфа и стал задавать вопросы. Руди тоже не подкачал – отвечал на вопросы Аделины вежливо и с улыбкой, даже сделал с ней несколько фотографий. Вино, которое он привез с собой для того, чтобы Демидовы смогли его продегустировать, разливали по бокалам. Алфёрову пришлось оплатить стоимость самого дорогого вина для персонала, чтобы те согласились на «подмену». Лере это вино понравилось куда больше, чем то, которое так сильно любил Руди, Аделина тоже осталась в восторге, а вот Александр Павлович недовольно поморщился. Впрочем, под строгим взглядом жены, он не стал высказывать свое мнение, а сошелся с Алфёровым на том, что красное сухое вино нравится ему куда больше.
Когда все блюда были доедены, мужчины договорились о встрече в понедельник в офисе Руди, а девушки договорились о том, чтобы изредка созваниваться и общаться, Алфёров извинился и ненадолго вышел из–за стола. Лера обернулась ему вслед, но быстро догадалась, что уйти он мог по одной простой причине – что–то снова случилось на его прекрасной работе.
– Мужчины, – улыбнулась Демидова и погладила своего супруга по руке. – Работа для них – это святое.
Яковлева мягко улыбнулась, почему–то почувствовав странное напряжение. Однако, новый глоток вина ее расслабил и, когда Рудольф вернулся, она рассказывала о том, как еще будучи совсем малышкой прочитала первую книгу Алфёрова.
– Не стоит раскрывать все карты, – сказал он мягко, положив ладонь на ее руку, и Лера улыбнулась ему. Правда, историю все же пришлось рассказать до конца, потому что Аделина очень просила поведать, что было дальше.
Спустя минут пять ей позвонила Милена и сообщила, что Рома не желает без нее засыпать, капризничает и кричит. Впрочем, они и так уже собирались ехать домой, но ребенок был довольно весомым аргументом для того, чтобы закруглиться побыстрее.
В дороге Рудольф погладил ее по колену и, грустно улыбнувшись, сказал:
– Если хочешь, останься сегодня с Ромой. Я не знаю, во сколько вернусь домой, не хочу, чтобы тебе было одиноко.