Возможно, она могла бы закрыть глаза, если бы это случилось единожды, но, похоже, эта женщина постоянно преследовала его!
Он никогда не придумывал ничего необычного.
— В понедельник я поеду в Корк, думаю, что останусь там.
А однажды из туристического агентства прислали билет для мистера Кейна, но там оказался и второй — для Сиобан Кейс.
— Я не подозревала, что она тоже едет, — сказала Кони непринужденно.
Хари пожал плечами:
— Мы едем, чтобы наладить нужные контакты, встретиться с людьми. Кто-то же должен все записывать.
И после этого он перестал ночевать дома как минимум раз в неделю. А еще дважды в неделю приходил так поздно, что очевидно, у него был кто-то еще. Он предложил разделить спальни, чтобы она могла спокойно спать, что необходимо в ее положении.
Время шло, и они все меньше общались, но на ужинах по средам он всегда присутствовал, считая, что они укрепляют сотрудничество с партнерами. А это означало, что и ночь он проведет дома.
Вызвав для гостей такси и проводив их, она хотела поговорить с ним о его делах, но часто это так и оставалось лишь намерением. А интересно, разговаривают ли они с Сиобан, перед тем как лечь в постель?
Как-то вечером он посмотрел на ее большой живот, и его глаза наполнились слезами.
— Мне так жаль, — сказал он.
— Чего? — Ее лицо ничего не выражало. Он помолчал, как будто думая, говорить или нет.
— Так о чем ты сожалеешь? У нас есть все, почти все.
— Да-да, конечно. — Он словно очнулся от своих мыслей.
— И скоро родится наш ребенок, — произнесла она спокойно.
— И все будет хорошо, — сказал он неуверенно.
Роды длились восемнадцать часов. На свет появился абсолютно здоровый малыш. Его назвали Ричардом. Это было естественно, потому что так звали и ее отца, и отца Хари.
Во время крестин, когда Кони стояла в церкви в элегантном шелковом платье, держа на руках ребенка, Хари вдруг ощутил тревогу. Он не понял, откуда она взялась, и решил, что у него начинается грипп. Он надеялся, что это не так, его ждало много работы. Но он не мог избавиться от тревожного чувства, как будто что-то угрожало ему, но постарался взять себя в руки и практически против воли присоединился к остальным.
Все улыбались, и Кони заговорила, обращаясь к Хари:
— Ты говорил, что хотел, чтобы наш ребенок был зачат в медовый месяц и чтобы он занял твое место в бизнесе, когда тебе будет пятьдесят пять. — Для всех ее голос звучал приятно и мягко, но он уловил в нем жесткие нотки. Они никогда не возвращались к тому разговору, и уж тем более он не ожидал, что она заговорит об этом на публике. Была ли в этом угроза?
— Я уверен, что произнес эти слова с большей любовью, чем ты, Кони, — улыбнулся он. — Дело было на Багамах, а мы только поженились.
И все же какая-то угроза крылась здесь, но откуда именно она исходила, он не понимал.
Прошло несколько месяцев, когда поверенный попросил его прийти на консультацию в офис.
— А по какому вопросу?
— Это личное дело. Здесь присутствует государственный советник, — объяснил поверенный.
В офисе находился мистер Мерфи, друг отца Кони. Улыбчивый и обаятельный, он тихо говорил о том, что миссис Кейн хочет разделить имущество в соответствии с брачным контрактом.
— Но она знает, что половина всего, что у меня есть, принадлежит ей.
Хари был в шоке, которого никогда не испытывал, хотя в бизнесе случались сделки, удивлявшие его.
— Да, но здесь существует другой момент.
— Какой же?
— Например, элемент риска в вашем бизнесе, мистер Кейн.
— Но в любом бизнесе существует риск, черт побери, — закричал он.
— Вы не можете не согласиться, что ваша компания развивается слишком быстрыми темпами и многие эксперты пишут, что это не всегда может быть хорошо.
Черт ее побери, она начиталась и наслушалась всякой ерунды.
— Она поступает так, делая хуже для нашей компании, и хочет таким образом заполучить что-то для себя. Но она за это ответит, — гневно выкрикнул он.
— Мой дорогой мистер Кейн, вы шокируете нас такими высказываниями и обвинениями в адрес вашей жены. Такое ощущение, что вы мало знаете о ее жизни. Отец миссис Кейн все потерял, и когда…
— Это абсолютно не относится к делу. Он был старый чокнутый дантист. Он все проиграл на скачках. — В офисе повисла пауза, и Хари Кейн осознал, что говорит что-то не то. Оба адвоката переглянулись. — В общем, грустная история, что и говорить.
— Да, грустная история, как вы говорите. Он был одним из моих ближайших друзей, — сказал мистер Мерфи.