Моим глазам требуется несколько секунд, чтобы приспособиться к тусклому освещению внутри популярного бара. Я иду вперед, и мои уши атакуют звуки громкой болтовни и музыки. Татум останавливается у столика со своими знакомыми.
– Я в бар. Что хочешь выпить? – спрашивает Шон.
– Спасибо чувак. Мне «Сэм Адамс», – рассеянно отвечаю я, сканируя пространство в поисках Оуэна и его товарищей по футбольной команде. Их легко заметить по широченным плечам и устрашающему росту. Я совсем не маленький парень, во мне более 182 см, но эти парни выше меня сантиметров на 5, и весят килограмм на 10 больше, и это одних только твердых мышц.
– Осторожно, мудак, – говорю я, натыкаясь на Оуэна сзади.
Он разворачивается, пугающий хмурый взгляд на его лице превращается в широкую улыбку, когда он видит, что это я.
– Джош, ты, ублюдок! Я чуть тебе по морде не надавал.
– Почти не считается, – говорю я, повторяя слова отца.
Он улыбается и кивает.
– Папа и его мудрость. Он намного больше, чем просто байкер.
Я смеюсь.
– Так и есть. Только вряд ли кто поверит, лишь посмотрев на него.
– Точно. Если они не зависнут на его татуировках, то двадцатисантиметровая борода точно вызовет аплодисменты.
– Как давно ты видел папу или Джеймсона?
– С последней встречи у бабули на Пасху, – он поднимает к губам бутылку пива, делая большой глоток, а потом продолжает. – Я не ценю их комментарии, что мое образование в колледже – это пустая трата времени, и что играть в футбол – бессмысленно. Если они действительно так думают, то должны держать это при себе, из уважения ко мне, – он бьет себя в грудь. – Потому что это важно для меня. Я никогда не говорил дерьма об их клубе, хотя уверен, что принимаемые ими решения сомнительны.
– Знаю, чувак, но ты знаешь, что для папы и Джэма банда – это все. Они не видят ничего кроме клуба, и тот факт, что мы не присоединяемся к их банде, должно быть является источником их разочарования.
Подходит Шон и протягивает мне пиво.
– Это твой парень? – спрашивает Оуэн, с озорной усмешкой, поднимая подбородок в направлении Шона.
Шон обнимает меня.
– Ты рассказал ему о нас, милый? – он улыбается мне, подыгрывая.
– К черту. Ты – не мой тип, – я стряхиваю его руку и хватаю холодное пиво.
– Я – чей угодно тип, – подмигивает он.
– Оуэн, это мой приятель, Шон. Он второй татуировщик в «Холсте».
– Привет, рад с тобой познакомиться, чувак. Хотя, ты выглядишь слишком крутым, чтобы быть с моим братом, – он смеется и пихает меня в грудь.
– Зря ты, Джош довольно хорош. Он – владелец самого горячего нового тату салона в городе, а еще ему помогает то, что он – художник. Все девушки в салоне пытаются привлечь его внимание, но он не обращает на них внимания, – сообщает ему Шон.
– В самом деле? – Оуэн вопросительно поднимает бровь.
– Да, – Шон подносит бутылку к губам.
– Может быть, ты – гей. Все в порядке, мужик. Я никогда не буду тебя судить, – он выглядит серьезным.
– Я – не гей, чувак. Мне нравится киски, в частности, одна меня особенно интересует, но без взаимности.
– Чувак, они все классные. Отставить дискриминацию, – говорит Оуэн, и Шон поднимает кулак, чтобы с ним стукнуться.
– Да, классные, но та, в ком я заинтересован, лучше всех других.
– Кто она? Мне, возможно, придется подвезти ее на поезде под названием «Оргазм», – он подмигивает.
– Ты имеешь в виду «Оргазм Экспресс»? С тобой явно предвидится быстрая поездка, – я ухмыляюсь.
Шон хихикает, а Оуэн показывает мне средний палец.
– Итак, кто эта девушка с недостижимой киской? Я ее встречал?
Я смеюсь.
– Нет, ты ее никогда не встречал.
– Как я могу с ней встретиться? – он играет бровями.
– Отвали с этим, Оуэн. Это каким же повернутым надо быть, чтобы хотеть засунуть свой член туда, где уже бывал мой!