Вот уже на протяжении получаса телефон Александра периодически издаетпикающие звуки о поступлении сообщений. Да и не только у него одного в салоне автобуса. В едином порыве, все, кому или звонили или пришло сообщение, решили ответить только когда под колесами будет ровная, асфальтированная дорога.
«Саша, здравствуй. Я не совсем поняла твое сообщение. Ты приглашаешь меня на свидание?»
Бессонница приходила и к Юле этой ночью. Долгое время она провела в большой комнате с выключенным светом, вжавшись с спинку мягко кресла и поджав под себя ноги. Все это время она покручивала телефон в правой руке, а ее взгляд был устремлен в незашторенное окно. Серебряные лунные лучи изображали на темном полу окно, тщательнейшим образом вырисовывая каждую створку. Она несколько раз включала телефон, прищурив глаза, всматривалась в яркий экран. И каждый раз, не получив желаемого, в расстроенных чувствах она выключала телефон. Несколько раз в комнату заглядывала мама, робко и бесшумно приоткрывая дверь.
Юля не замечала попытки мамы поговорить с ней. Она продолжала пялиться сквозь окно. Ее зрачки быстро двигались, словно она читала видимый только ей текст. А может она читала книгу своих фантазий, которая раскрыта где-то в ее голове, в той самой зоне, которая отвечает за любовь. Алла Георгиевна все же решилась зайти в комнату. В этот раз, она увидела Юлию с головой, запрокинутой на спинку кресла, а ее рука уже не крутила телефон. Алла Георгиевна словно ждала этого момента. В ее руках уже был наготове оранжевый плед с длинным ворсом. Она укрыла дочку, поцеловала ее в лоб и что-то прошептала. Юля проснулась только утром, когда лучи восходящего солнца начали обжигать ей лицо. Не успев задаться вопросом о том, как на ней оказался плед, она включила свой телефон. По ее лицу, оставляя глубокие следы, прошлось разочарование. После глубокого вздоха, она перечитала вчерашнее сообщение от Саши. В этот раз она читала так вдумчиво, что на ее лбу появились две горизонтальные складочки. После первого сообщения она сразу же написали второе.
«Как мне это понимать???»
Александр к этому времени ставил точку в тексте ответа на первое сообщение – «Ты мне понравилась с того самого дня, когда мы с тобой встретились на приеме к психиатру» – но сразу же стер его, как только прочитал ее второе сообщение. Он отнял глаза от экрана телефона ирастеряно взглянул в окно. На недолгое время его внимание привлек табун гнедых лошадей, которые темно-серой тучей скакали по бурятской прерии. Саша на одном дыхании написал:
«Тебя пугает свидание со мной?»
Юля к этому времени мышкой проскользнула на кухню. Летнее солнце ранняя пташка. Все ее домашние еще спали. Чайник на газовой плите уже начал громко бурлить и посвистывать, плотный белый пар росой оседал на стенке, выложенной кафелем. Сообщение от Александра громко ворвалось на кухню. Юля быстро схватилась за телефон, который она оставила на кухонном столе!
–Ты чего шипишь с самого утра?–в дверях появился Виктор Александрович. Он выглядел очень бодро, на его лице не было и намека на то, что он только что проснулся, – дочь! Может чайник все-таки выключишь? Мать разбудишь, она итак вчера поздно уснула. Бродила всю ночь.
– Пап, я…
– Ладно, Юль. Я не знаю, что у вас, женщин, творится, – перебил отец Юлю, которая с поникшей головой начала было оправдываться. – Не буду допытываться. Ты ведь знаешь, если нужна от меня помощь, ты просто скажи прямо.
– Да, пап, знаю.
– Ну вот. А если не сказала, значит, проблем нет. Так? – его лицо обрело серьезный, деловой вид. Словно перед ним партнер, а не дочь.
– Так. Все нормально пап.
– Ладно, я умываться. Чайник-то все-таки выключи, – хихикнул Виктор Александрович, и указал указательным пальцем на извергающий плотную струю пара чайник.
– Да, да, – Юля отпрянула от подоконника и в два шага оказалась подле плиты. Дождавшись, когда отец закроет дверь в ванной и включит воду, она присела за кухонный стол. Вдумчиво, неоднократно заменяя слова, она написала Александру сообщение:
«Саша, я не могу испугаться того, чего в природе быть не может! Безусловно, ты мечта любой другой девушки. Но мои грезы о другом. Прости!»
Саша не выпускал телефон из рук. В окно он наблюдал, как бурятские прерии чередовались с обнаженными, угловатыми холмами. Летнее солнце выборочно опаляло равнины. На участках, где небесное светило негодовало, земля была усыпана прожженным, темно-желтым песком с мелким зерном. Там, где солнце было благосклонно, степь была укрыта зеленым ковылем. И только темно-коричневая, бурлящая река извилисто протекала между этими участками во главе с гнедым, с белым облаком на лбу, вожаком табуна. Все время Саша косился на черный экран телефона, который он не выпускал из рук с тех самых пор, когда автобус выехал на автомагистраль. И стоило только загореться экрану телефона яркими красками, его больше не стали интересовать степные бурятские пейзажи за окном. Он склонился над телефоном.