В салоне белой девятки не осталось ни следа от ночной свежести к тому моменту, когда Юля вышла во двор и открыла дверь своей машины. Только в такие дни, когда солнце нещадно одаривает своим теплом все, до чего могут достать его лучи, она сильно жалела, что не послушала тогда своего девичьего сердца и не остановила свой выбор на иномарке, в которой был бы кондиционер. Раскрыв обе передние двери, в ожидании, что ленивый ветер спустится с небес и выдует из салона духоту, она, обдумывая каждое слово, писала сообщение Александру. Стояла она между открытой дверцей и корпусом машины, облокотившись одновременно и на дверь, и на крышу. Ее сосредоточенность от набора текста ни на толику не угасла, когда ее окрикнул молодой человек – Юля, вы сегодня божественны в этом синем сарафане в белый горошек.
Он долго стоял в открытых дверях своего БВМ матового цвета, припаркованного рядом с ее авто, и не сводил с Юли глаз. Он был примерно ее возраста, с атлетическим телом в обтягивающей все его мышечные рельефы футболке. Может быть, он и простоял бы еще дольше, дожидаясь всречисо взглядом Юлии. Но, видимо, появившаяся из подъезда Алла Георгиевна смутила его. Он сделал комплимент и еще несколько секунд всматривался в опущенные к телефону глаза Юлии. Не дождавшись встречи взглядов, он нырнул в салон, и двигатель его БМВ взревел диким бизоном. Ветер со слабыми порывами все же снизошел с небес и, поднимая местами пыль, пролетел по двору, заглядывая во все закоулки. Предусмотрительно ветер уволок за собой всю собранную за утро духоту из салона белой девятки и, слегка приподнимая и теребя подол Юлиного сарафана, пустился наутек к безоблачному небосводу. Листья на дворовых березах зашелестели так, словно макушки пробежались по стволу дерева от корней до самой макушки.
– Ты быстро, – Юля заметила маму только тогда, когда та сравнялась с открытой пассажирской дверью, – Садись, я сейчас, – Юля еще раз пробежалась по тексту и нажала кнопку «Отправить». Мама, не проронив ни слова, удобно уселась в кресло.
Поезд Александра уже давно оставил позади город Улан-Удэ и теперь, монотонно стуча колесами по рельсам, прорезал бескрайнюю бурятскую степь. Воздух по-прежнему был пропитан лесной гарью. Густой лес, вдоль всей линии горизонта, извергал клубы смога. Так же горели и все написанные Александром сообщения, которые он удалял, как только перечитывал их перед отправкой.
«Спасибо что дала шанс»–первое сообщение, которое положило начало череде текстов, которые быстро сгорали на экране телефона Саши в сопровождении его ворчания –чушь какая-то.
«Ты понравилась мне с той самой первой встречи, когда ты меня пригласила сходить к лечащему Сергея психологу. Ну, а потом я заробел. Боялся пригласить на встречу. Думал, ты влюблена в Серегу. Ха-ха, спасатель жизней, а побоялся!»–это сообщение, одно из немногих, долгое время яркими черными буквами на белом фоне заполняло большую часть экрана. За это время бурятская прерия сменилась на городские постройки, а поезд даже успел сделать одну короткую остановку. «Как мальчика в описанных штанишках» – пробубнил Саша себе под нос и «сжег» его.
– Ты чего там сам с собой разговариваешь. Совсем одичал в тайге, что ли? –сослуживец Евгений склонился с верхней полки. Он все это время лежал головой у окна и с ребяческим интересом смотрел за мелькающими в окне вагона пейзажами, – Саш, – прикрикнул он, видя, что на него не обратили никакого внимания.
– Что? –Саша ответил так же громко, опустив телефон на грудь.
– Ты с сам с собой говоришь?
– Разбудил тебя?
– Все нормально. Я не спал. Пытаюсь запомнить эти прекрасные места. Вдруг нас сюда больше нас не командируют или вообще я напишу рапорт, – Евгений ненадолго замолчал. Он вглядывался в противоположное окно вагона, которое расположено над боковыми местами. – Интересно, кого ты обозвал мальчиком в писающих штанишках? Ха-ха, – Евгений рассмеялся на всю их купейную часть.
– Ты серьезно об этом подумываешь?
– А что, начну все с начала. Да так, мысли разные приходят в голову. Вначале женюсь, там посмотрим. А может, меня жена и дети будет так сильно доставать, что я без командировок вообще никак. Ха-ха.
– Шутник. Сначала он решил начать, – осуждающим тоном сказал Александр, взирая на его гладко выбритый квадратный подбородок. Взгляд Евгения метался между двумя окнами, в поисках лучшей картины для запоминания. – Начать сначала, – задумчиво и шепотом произнес Саша. Он поднял с груди телефон, расторопнее обычного прочитал всю переписку с Юлией и отправил ей самое первое сообщение:
«Юля, привет. Я скоро возвращаюсь из командировки. Буду в городе где-то ближе к следующим выходным. Очень хочу с тобой встретиться. Надеюсь на взаимность!»