Тостов было много. Друзья желали хорошей и быстрой службы. Напутствовали не давать себя в обиду. Родственники желали здоровья, и чтобы в период его службы не было военных действий, на которые могли бы его отправить. Иногда молодые люди отлучались на балкон. Некоторые из них любили покурить. С ними выходил и Александр.
– Тебя в какие войска направили, в каком городе будешь служить? – спросил его Серега.
– Определили в мотострелковые войска. Но я просился в десантные. По физическим параметрам, видимо, не прошел. Пока еще не знаю, в каком городе буду проходить службу, – ответил Александр.
После долгого застолья Маша и Серега попрощались и отправились домой. Это была их последняя суббота, когда они были «не человеческой» семьей. Перед уходом Саша крепко обнял обоих и поздравил будущих молодоженов со свадьбой. Пожелал крепкой семьи и поскорее родить ребенка.
***
По сложившейся традиции, вот уже на протяжении 11 лет со дня свадьбы, каждое 23 июня Сергей составляет целую галерею из семейных фотографии и нарисованных им картин, которых скопилось завидное количество с того самого момента, когда он с Марией посетил выставку художника Ефима «Геометрический реализм».
И сегодняшний день не был исключением. В честь такого памятного события Сергей освободился пораньше. Поставив машину возле дома, он сразу направился в подполье. Картину за картиной он выносил во двор, пока не набралось несколько стопок прислоненных к дому. В большой комнате он расставил их в хронологическом порядке вдоль стен, как это делали в музее изобразительных искусств. Среди экспозиции была одна глянцевая черно-белая фотография в половину человеческого роста. За неимением у нее жесткого каркаса, как у картин, ее он поставил на мольберт. Она была настолько хорошо выполнена, а глянцевая фотобумага была настолько качественной, что в фотографии можно было увидеть собственное отражение.
Мария всегда придерживалась мнения «Пусть я всегда буду посетительницей экспозиций Сергея, но никак не организатором». Поэтому с первого года счастливого брака она не вмешивалась в процесс, не советовала и тем более не командовала устремлениями Сергея. В этот день не использовался даже ее фирменный прищуренный взгляд. Когда родился Васька, она в такие дни максимально ограждала своего супруга от забот с сыном. И все ради того, чтобы экспозиция удалась. С каждым годом экспозиция ширилась, для каждого события находилось свое полотно. Так, если возраст березы можно определить по количеству колец на пнях, то количество счастливых моментов у четы Журавлевых можно пересчитать по количеству картин. Счастья и любви в семье Сергея хватает на полное подполье.
В отражении фотографии Сергей наблюдал за Марией, стоявшей у него за спиной. Отложив книгу, она поймала его взгляд. Это был ментальные «обнимашки», доступные только им обоим. Не оборачиваясь к ней, он сказал в отражение:
– Машуль, вот наша с тобой свадьба. Не правда ли, она была замечательной. А ты – самой красивой невестой в загсе, как и хотела. А помнишь, как ты долго выбирала платье? Целые выходные ты с подружками ходила по свадебным магазинам. И всегда что-то было не по тебе. И вот в последний выходной, после того как мы сходили с тобой на проводы Саши в армию, случилось чудо. Я помню, когда ты пришла довольная домой и с порога крикнула: «Серега, я нашла то, что искала», а я сказал себе шепотом: «Аллилуйя, это свершилось». – Сергей громко рассмеялся. – Как сейчас помню, как же я хотел увидеть тебя в этом платье в тот вечер, но ты запретила и попрекала меня традициями. Мол, нельзя, чтобы жених видел невесту в платье до свадьбы. Всю неделю я боролся с искушением развернуть пакет и посмотреть хотя бы на платье, которое ты так тщательно и долго искала.
– Я помню, ты с меня глаз не сводил в тот весь вечер. А я даже не смущалась. Ко мне подружки подходили и спрашивали, нормальный ли ты. Ты ведь как зомбированный был.
– Зомбированный тобой, – Сергей обернулся к ней и обнял за талию. Он сидел на стуле, в центре своей галереи. – Скоро Ваську привезут. Надо поспеть выставить экспозицию с ним. Я вот что думаю, может, присмотреть дом побольше. А то сама смотри, самой большой комнаты не хватает, чтобы выставить более длинную хронологию нашей семейной жизни. Приходится частями. А ведь наша жизнь не идет частями, она цельная. И мы все втроем цельная семья.