Сергей после недолго копания в сумке вынул ключи на черном брелке и открыл двери. Мансур осторожно положил дочку лежа на заднее сидение и закрепил ремни безопасности. К этому времени второй ряд машин рассосался, автомобили уже не загораживали выезды и въезды. Да и сама парковка изрядно поредела. Сергей пребывал в задумчивости, смотрел как бы сквозь все окружающее его. Мансур прижал заднюю дверь до характерного щелчка замка.
– Ну все Сергей, будем прощаться, – Мансур протянул ему руку для рукопожатия, – думаю, ты сложил картинку обо мне и моей Азалии?
– Более чем. Одни только проникновенные разговоры чего стоят. Спасибо! – они пожали друг другу руки, настроение у обоих было на высоте. Оба расстались с улыбкой на устах. Мансур уже проезжал мимо идущего не спеша к своей машине Сергея. Он остановился возле него и открыл окно.
– Сергей, скажи, а кто был тот мужчина в белом плаще на вокзале, на которого ты кричал сегодня?
– Это был доктор, который делал первую операцию моему сыну, – ответив сухо, Сергей быстро нырнул между рядами стоящих на парковке автомобилей. Хотя к тому моменту, когда возле него остановился Мансур, он уже стоял возле своего автомобиля.
****
Ненапрасные разговоры, затронувшие суть ночных кошмаров, вызвали у Сергея смешанные чувства от прожитого дня. В таких случаях любой бы спросил сам себя:«А что, если?». Кошмарный сон с орлом гигантских размеров, произошедшая наяву история с сурикатами, да и еще это откровение от Мансура, которое пропитано аналогиями, посадили в Сергее зерно нервозности. И это вовсе не домыслы, это факты. Наверное, каждый едущий рядом с машиной Сергея водитель автомобиля, покрутил бы пальцем у виска. Да что там покрутил. Многие и не стеснялись. Они безудержно сигналили, когда машина Сергей вдруг остановится на проезжей части или слишком долго простоит у светофора, на котором уже включился зеленый сигнал. Нервозность Сергея передавалась всем участникам дорожного движения, которые в субботний вечер получили не только пробки на дорогах, но и заторможенного водителя. Пешеходы так же приняли участие в публичной травле, некоторые не стеснялись стоя на перекрестке выкрикивать какие-то матерные слова в сторону Сергея. А когда для них зажигался зеленый сигнал светофора они, поравнявшись с машиной Сергея, оборачивались к нему лицом и на непонятном диалекте возмущались на него, активно жестикулируя руками. Не раздумывая, а может просто в автоматическом режиме, Сергей после парка сразу направился домой. Его не прельстило даже вечернее «рыбное» время для извоза, которое приносило ему основную часть денег в семейную копилку.
– Черт, черт, – громко выругался Сергей и ударил по рулю обеими руками. Аптека, в которой он всегда покупал успокоительное, осталась позади, как и поворот, ведущий к ней. Ничего другого не оставалось, как проехать до следующего перекрестка, развернуться на нем и снова проехать в сторону центра города.
В это время в аптеке практически не было очереди, и фармацевт, завидев Сергея, быстро взяла из его рук рецепт и выдала стеклянную баночку с маленькими белыми таблетками. В такой ситуации «постоянный клиент»звучит совсем не гордо. Впервые разы, после того как лечащий врач назначил ему психотропные таблетки, Сергей стеснялся при толпе произносить название лекарства вслух. Он боялся, что все вокруг поймут, что он психически больной, раз принимает такие сильные препараты. Кассир сразу заметила его странное поведение, как всегда замечала жмущихся, скрывающихся людей, которым необходимо что-то приобрести, а они стесняются. В тот первый день покупки таблеток в глазах фармацевта он, взрослый мужчина, был похож на подростка, который стесняется купить презервативы. С тех пор так и повелось. Как только аптекарь видит его в очереди, она подходит к нему, забирает рецепт, уходит во внутреннее помещение и приносит стеклянный пузырек. Они никогда не разговаривали. Они даже не знали имен друг друга. Своего рода это была немая сделка, где в качестве разменной монеты использовался рецепт его лечащего врача.
Машину Сергей сразу загнал во двор, дабы не мешать соседям, если вдруг те захотят выехать вечером на своем автомобиле. Еще не совсем выветрившийся из памяти запах зоопарка, обновился свежим запахом скотного двора. В такой ситуации каждый человек погрузится в то самое место, в котором он последний раз слышал аналогичный запах. В дом входить Сергей не спешил. Он простоял несколько минут во дворе, так глубоко вдыхая воздух, что его грудь заметно выпячивалась вперед. Некоторое время он не сводил глаз с двери, ведущей в подполье. Это была небольшая дверь, которая располагалась слева от основной деревянной лестницы, ведущей в дом. Дверь в подполье всегда была заперта на навесной амбарный замок.