Работая вместе, – рассказывал Йоль, – мы создали Атлантиду – это уже было моей идеей: помощь селянам в их борьбе с Сильными. Путешественники никогда не задерживаются надолго в одном месте и, поскольку они не привязаны к определенной территории, могут вербовать людей. У них был свой резон оказать нам поддержку – многие столкнулись с тем, что их родные поселения пострадали с приходом на земли селян Сильных.
Когда мы презентовали Немезиду, то столкнулись с ожидаемой, заранее просчитанной, реакцией: процедура Ухода никак не вписывалась в планы Сильных, и тогда Ал указал, что если Сильные не поддерживают ее, то Ухода не будет и в Комплексе. Но и на это Сильные не были согласны – Ал начал переговоры. И хотя мой друг постепенно терял терпение, но мы договорились, что будем бороться до конца: убеждать и уговаривать, возможно даже запугивать, пускать пыль в глаза, угрожая Сильным завершением нашей собственной деятельности. Мы даже думали запустить Немезиду в тестовом режиме, чтобы устрашить и показать серьезность намерений. Но нашим планам помешали.
Как раз в это время Коннор, как потом выяснилось, друг детства Ала, обнаружил Атлантиду, прикинулся путешественником, рассказал всё Сильным, и так Ал попал к ним в лапы. Состоялся суд, и, если вы следили за делом, суд вынес решение в пользу Ала, но Сильные – они такие: позволяют тебе почувствовать, что ты выиграл, чтобы заманить в ловушку – он отправился в Колдберген, и с тех пор о нем ни слуху ни духу. Мне тоже пришлось скрыться, если вам угодно, пуститься в бега, чтобы не стать ответчиком по делу об Атлантиде и не позволить связать себе руки, попав под какие бы то ни было ограничения или меры принуждения, поэтому связаться с Алом не представляется возможным. Между тем до меня доходили новости, что никакие консультации по Немезиде не проводятся. Еще до всех этих событий мы с Алом условились, что, если Сильные откажутся или будут намеренно затягивать переговоры по применению Немезиды, необходимо самостоятельно прекратить работу Комплекса, спасти кандидатов, то есть вернуться к изначальному плану. Да, это может привести к агрессии со стороны Сильных, о которой я уже говорил, но ждать более не имело смысла. Ты спрашивал, Амадеус, как у меня легко всё получилось? Сам создатель Комплекса передал мне все данные, которые позволили без труда проникнуть на объект и отключить Систему.
– То есть... вы создали ИИ для того, чтобы убедить Сильных отказаться от Ухода? Чтобы в Комплексе никто больше не умирал? Таков был истинный мотив возвращения Александра спустя годы долгого отсутствия? – спросил детектив.
– Всё верно, – кивнул Йоль. – На самом деле мы не планировали проведение отборов среди Сильных, но нам необходим был весомый аргумент, не оставляющий иного выхода, кроме как согласиться на наши требования.
– Но что мешает Сильным запустить Комплекс заново?
– Это невозможно – Ал всё продумал заранее – такова процедура. Сильным остается два пути: пойти на уступки или всех устранить.
Амадеус Руф был не просто удивлен услышанным: он был ошеломлен! Пока он «играл» в частного детектива, за его спиной творилось такое!.. А ему казалось, что сама жизнь Сильных настолько законсервирована, что ничего невозможно изменить, но, оказывается, есть люди, способные бросить им вызов.