– Это здание постройки восьмидесятых Старой эры. Раньше селяне и даже избранные Сильными жили в таких домах, в квартирах – сейчас это называется апартаменты – или студиях.
Римма увидела десяток детей, бредущих в сопровождении женщины, по-видимому экскурсовода или учительницы, и робота через развалины. По всей видимости, детям не очень был интересен рассказ учителя: кто-то на ходу уставился в свой телефон, а кто-то, разинув рот, фотографировал всё вокруг и снимал видео.
Дама продолжала:
– Студия объединяла гостиную и кухню – да, такая вот коробка. Но люди покупали; это подтверждает и статистика – под конец Старой эры цены на недвижимость взлетели, побив все мыслимые рекорды. Посмотрите, пожалуйста, налево – это достаточно типичная постройка: если вы посмотрите по сторонам, то обратите внимание, что нас окружают аналогичные жилые здания. – Женщина остановилась напротив Риммы и Эдварда. – Кроме, пожалуй, этого – бывший отель: посмотрите на внешнюю отделку и окна. А на этом крыльце когда-то встречал гостей портье.
– Айрис, Роан! – окликнул Эдвард племянников.
Веселая девчушка радостно подбежала к дяде. А вот мальчуган неохотно приблизился к Эду, не отрываясь от телефона.
– Здравствуйте, – поздоровалась Римма.
– Это кто? – недовольно поинтересовался Роан, заметив наконец Ри.
– Моя помощница, – ответил Эд.
– Из Комплекса? – уточнил Роан.
Эдвард кивнул.
– Пробирочная. Еще одна, – пробурчал мальчуган.
Римма слышала Роана, но предпочла промолчать.
– Дети, – вмешалась экскурсовод, – это Эдвард Блэкуотер, сын Стива Блэкуотера – производителя продуктов питания. Дядя Айрис и Роана.
– Здравствуйте, – неохотно протянули дети, не отрываясь от телефонов и мало что замечая вокруг.
– Так она как Лара? – не отставал от Эдварда племянник. – Твоя любовница?
Римма резко развернулась к мальчишке и смерила его таким страшным взглядом, что Роан испуганно заморгал и втянул голову в плечи.
– Ерунды не говори, – строго произнес Эдвард. Он взглянул на учительницу: – Ваши воспитанники хотят посмотреть интерьер старого отеля? Безусловно, для личного комфорта пришлось что-то изменить, но два верхних этажа практически нетронуты.
– Может, позже, – ответила женщина. – Мы должны зайти в дом, в котором раньше жили селяне.
– Мародеры всё растащили, уверяю вас, – предупредил Эдвард.
– Вчера наш робот ходил и проверял: здесь неподалеку есть дом, внутри которого многое сохранилось.
– Я могу пойти с вами? – попросилась Римма.
– Конечно, если хотите.
– Я не пойду, – отказался Роан. – Побуду с дядей.
Женщина вопросительно посмотрела на Эда – мужчина поджал губы, мол, всё в порядке, идите, я за ним присмотрю.
– Что ж, – произнесла учительница. – Тогда вперед.
Робот шел первым: он отодвигал камни, убирал препятствия, помогал детям, если те вдруг оступались, проверял надежность конструкций. Он же и вошел первым в подъезд дома, чтобы убедиться, что внутри безопасно.
Пока ждали его возвращения, экскурсовод продолжала рассказ:
– В таком доме могли жить сотни семей, и не у каждого члена семьи могла бы своя комната. Но надо отметить, что в Старую эру селяне жили лучше, чем сегодня: к дому проводили все необходимые коммуникации – свет, вода, отопление.
– Но разве селяне не всегда жили в небольших поселениях среди природы, не нуждаясь в предоставлении коммунальных услуг? – уточнила Римма.
– С наступлением Новой эры большинство горожан перебрались в малые поселения, – ответила учительница. – Коренные селяне, никогда не покидавшие своего места обитания, достаточно редкое явление. Обычно они молодыми уезжали из деревни в город на заработки, иногда возвращались, если в этом была необходимость, но чаще всего оставались.
– В таких домах жили и Сильные, – заметила Римма.
– Ну что вы такое говорите при детях, – шепнула женщина. Она обратилась к остальным: – Нет, дети, Сильные никогда не жили здесь.
«Но зачем врать? – размышляла Римма. – Что такого в том, чтобы рассказать о том, что Сильные когда-то не были Сильными?»