Робот вернулся, сообщив, что можно продолжать экскурсию. Группа поднялась по лестнице на третий этаж.
– Лифт в таких домах не предусматривался, поэтому люди поднимались по ступенькам, – объясняла учительница. – Этот подъезд относительно чистый, но в целом общественные пространства таковыми не были. В Старую эру роботы не помогали людям убираться, поэтому имел место человеческий фактор: кто-то что-то бросит или нарисует, а если и были уборщики, они не успевали убирать. А сейчас мы зайдем в квартиру. Пожалуйста.
Робот открыл дверь, женщина махала рукой, направляя детей в квартиру:
– Это коридор, да, очень узкий, поэтому, пожалуйста, проходите в комнату, не толпитесь. Осторожно, обходите мусор.
Но как бы ни старалась женщина привлечь внимание детей, как увлеченно и интересно ни звучал ее рассказ, никого, кроме Айрис, не интересовал быт давно канувших в лету обитателей старой квартиры. Римма обратила внимание, что Айрис вообще не была похожа на своих сверстников: у нее из кармашка жилетки хоть и торчал телефон, но она его не использовала – не фотографировала, не снимала видео, не проглядывала новости, тогда как остальные дети, заметила Римма, из телефонов не вылезали: играли в игры или переписывались друг с другом по сети.
– Посмотрите на фурнитуру, – уговаривала учительница, показывая кухню. – Перед вами газовая плитка. Знаете, как она работала? Поворачивалась ручка, подносилась спичка, и газ загорался. Обратите внимание, что окна выходят на соседний дом – в ночное время суток любознательный сосед мог за вами наблюдать. Стол действительно очень маленький, но за ним помещалась вся семья и даже гости. Конечно, не все селяне и избранные раньше жили здесь – мы с вами позже отправимся в город, где у каждого был свой небольшой, но просторный дом. Однако большинство городского населения всё-таки жило вот в таких многоэтажных зданиях с однотипной планировкой. Не будем упоминать «картонные» трущобы, – шепотом добавила учительница и продолжала: – Нам повезло, потому что в гостиной остался телевизор – не голографическая платформа, которой мы все привыкли пользоваться, а вполне осязаемый, что называется – настоящий объект. Это комната могла быть и спальней, и местом приема гостей, сбора семьи вечером после учебы или работы. Узкий коридор, как вы можете заметить, шкаф маленький, но раньше одежду носили годами. Календарь с датами проведения сельскохозяйственных работ – на стене, пожалуйста, посмотрите, скорее всего, здесь жил селянин. Обои цветастые, жаль, правда, поблекли. Сейчас, конечно, обои никто не клеит. Туалет и ванная: ничего особенного, на самом деле эти предметы нашей повседневной жизни не сильно и изменились, разве что туалету и душевой кабине добавили больше функционала.
Айрис подошла к зеркалу, провела перед ним маленькой рукой – девочка ожидала, что, как и во всех домах, где ей довелось побывать, на поверхности возникнет голографический интерфейс.
Учительница объяснила:
– Это просто зеркало, Айрис. Вы сразу же можете заметить спальню: здесь одновременно могли находиться как родители, так и дети. Рабочего кабинета в таких квартирах нет. Окна спальни в данном случае выходят во внутренний двор – из них можно было наблюдать вечерний променад местных жителей.
– Променад... – повторила Римма, тихо присвистнув.
Система рассказывала детям в Комплексе правду о среднем классе, который жил в этих домах, чьей единственной заботой было прокормить свою семью. А то, что учительница называла затейливым словом «променад», было лишь походом на работу и обратно или пробежкой по магазинам.
И пока учительница подробно описывала хозяйскую спальню, а дети продолжали заниматься своими делами, Римма обратила внимание на деревянный комод. Выдвинув верхний ящик, она обнаружила стопку писем, а под письмами – фотографию: мужчина и женщина стоят обнявшись около городского фонтана. Она – в красном летнем платьишке с желтым ремешком на талии, он – в брюках и рубашке с короткими рукавами. Они так счастливо улыбаются, что от фотографии исходит вполне ощутимое тепло, нет сомнений – они влюблены. Фото было немного засвечено, задний план слегка размыт и казалось, что вокруг влюбленных сияет магический ореол.
Римма не могла не забрать с собой письма и фотографию.
– В квартирах жили годами, поколениями. К концу Старой эры многие семьи переезжали в небоскребы, похожие на те, в которых сейчас живут избранные.