Вдруг прямо на свет выбежала кошка – та что убежала от Риммы в прошлый раз. Девушка, боясь спугнуть животное, застыла. Но бедное тощее существо смотрело на нее гордыми зелеными глазами, говоря: «Я пришла к тебе по своей воле и не нуждаюсь в твоей помощи или поддержке». Римме так захотелось ее покормить, приласкать, но она понимала – малейшее шевеление и кошка убежит.
А животное продолжало беседу:
«Я умная и смелая. Могу о себе позаботиться».
«Я тоже могу», – мысленно шептала Римма.
«Нет, ты бесполезная. Ты живешь за счет своего Сильного – Эдварда».
«Я могу жить без него».
«Ты видела что-то иное, кроме того, что он показывал? Я живу, а не существую, а ты, имея всё, всего лишь существуешь. Как так?»
«Просто мне надо лучше рисовать».
«Тебе надо больше думать».
Казалось, девушка и кошка просто смотрят друг на друга, но «высокоинтеллектуальная» мысленная беседа была столь убедительной, что Римма решилась покинуть свой дом.
Глава 20. Амадеус Руф
Почему молодой, привлекательный, остроумный, сообразительный парень, Сильный, Амадеус Руф, выбрал путь частного детектива, а не избалованного сынка, наслаждающегося яхтами и кандидатками из Комплекса, – хороший вопрос. Отец, золотодобытчик, не понял отпрыска, когда Амадеус заявил, что не желает пользоваться папиными привилегиями и благами. «Зеленый еще, – подумал Руф старший. – Настрадается и прибежит». В свою очередь парень не принимал и не понимал мир Сильных.
Амадеус прекрасно знал, что произошло с изобретателем Александром, ведь это Сильные умели делать лучше всего: улыбаться, соглашаться, а за спиной проворачивать свои делишки – крысы, по-другому и не назовешь. Амадеус презирал их мир: прикрываясь манерами, добрым словом и внимательным, понимающим взглядом, Сильные пускали пыль в глаза не только врагам, но и друг другу – в их мире не существовало правды, лишь выгода. Участвовать в этой игре можно только на их условиях: оглянуться не успеешь, а они уже всё спланировали и ты лишь пешка в их игре. Всё в мире движется только туда, куда позволят Сильные, даже если кажется, что это не так. Какой смысл в такой жизни, когда ты сам себе не хозяин, а лишь марионетка в чьих-то недобросовестных руках. Всё равно что подписать договор с мошенником: читаешь – всё прекрасно, но не заметил самый мелкий на свете шрифт, которым написано «НО». И это «НО» – краеугольный камень: ты можешь договориться с Сильными, но... Они никогда не примут чьи-то условия, кроме своих собственных. И даже в делах между собой они умудряются применить такую многоходовочку, что порой переигрывают самих себя. Изворачиваясь, они запутываются еще больше, становясь заложниками ситуации.
Все его сверстники вертели пальцем у виска, когда Амадеус покинул их тусовку. У него не было ни дома, ни роботов для услуг – он всегда был в дороге. И дела он себе сам подбирал – вечно лез, куда не просят.
Сейчас он летел по равнине, сидя вагоне-ресторане скоростного поезда: конечная остановка, с учетом плавания на корабле, – Динамикс.
Роботогород Динамикс был построен в пустыне рядом с морем, как ни странно, роботами и для роботов – здесь они создавались и обслуживались. Конечно, какие-то доставлялись Сильным с роботостанций – обслуживающие Сильных, избранных и кандидатов, прошедших отбор, объекты, построенные по всему миру. В городе присутствовал и небольшой развлекательный жилой квартал для людей на случай гостей.
Происшествие в Динамиксе не заинтересовало никого, кроме Амадеуса, и то потому, что детектив внимательно отслеживал информацию в сети; погиб выходец из Комплекса. Парень, которого Сильный сначала забрал, а потом выгнал за ненадобностью, приехал в Динамикс, а затем умер при загадочных обстоятельствах.
Руф ненавидел Сильных еще и за это: они использовали людей из Комплекса словно рабов, а потом просто бросали их на произвол судьбы, как бесполезную игрушку.
На самом деле Амадеусу не было нужды отправляться в Динамикс: даже если он выяснит все обстоятельства, то никто (если виновный имеется) не понесет ответственность – закона, как в Старую эру, не существовало, а правосудие, воплощенное в Третейском суде, работало только по делам Сильных и на их благо. Так что все старания Руфа ничего не изменят, но даже если и так, это было нужно ему.