Директор тут же вызвал главбуха, передал мою записку со словами:
- Материалистов на обучение в подчинение Мары, в среду доложить. -
Главбух конкретно построила своих подчиненных, потому что при моем появлении у них были очень испуганные лица. В понедельник я жду их в помещении у лабиринта, где будем заниматься.
Взять чистые журналы и много ручек. Вернулась к Миле и обрадовала предстоящим обучением бухгалтеров. До понедельника свободны.
Я сразу смылась в усадьбу, где физическая работа приносила удовольствие от того, что доски под ногами скоро будут у меня на участке. Перед обедом спустилась на третий этаж, По всем комнатам гулял ветерок, окна сияли провалами. Голые стены, камины и паркет. Двое аккуратно отдирали отдельные целые кафельные плитки с лицевой части камина и в смежной комнате с задней части камина, собирая их в ящик. Каминная плита стояла тут же. Другая пара с сержантом вскрывала паркет. Сам паркет ни на что не годился, дерево слишком твердое чтобы пускать на щепу, ещё все пилы забьет.
Ребята искали клад, пока неудачно для них, зато для себя клад я уже видела: под паркетом скрывались широченные половые доски. Таких половиц я в современных домах и не видела. Строили на века, а эта усадьба и века не простояла. Продолжить ломать будут после обеда. Сегодня заехали ко мне в общагу и пока парни таскали спецодежду, я предупредила Катерину Степановну, что в октябре на три дня ко мне приедет мама, пусть она её не посвящает в мои дела с барахлом. Мама очень плохо к этому относится. Во взгляде коменданта появилась очень любопытная заинтересованность.
Вечерний отъезд архитекторов прошел мимо меня.
В субботу утром смоталась на толчок в Одессу, где присматривала себе постельное белье. Те отечественные ткани, что годились для постельного белья были очень узкими, а иметь сшивными личные простыни мне просто не хотелось. Я надеялась на случайные покупки моряков, женам которых не понравилась расцветка комплекта, и они решат продать его. Я уже собиралась уходить, когда одна дама стала прицениваться к б/у шторам пастельного цвета. Тут же всплыла шутка:
- Любите ли вы пастель, - спросили раз ханжу,
-Люблю – ответил он: - Когда я в ней лежу.
Продавщица с дамой не сошлись в цене, дама удалилась, а продавщица заметно огорчилась. Портьер было много. Я подошла, пощупала ткань, по плотности чуть плотнее бязи, но с легким приятным даже не ворсом, а только намеком на него. Видно, что ими пользовались, но не спали же. Всего было шесть полотнищ, на высокие потолки, около трех метров и главное, шириной полтора метра. Цену мне назвали в шестьдесят рублей, меня устраивало, но это базар, надо торговаться. Сторговались на пятидесяти рублях. Под тканью обнаружилась картонка с надписью: Продам швейную машинку и телефон.
Спросила по объявлению, та сказала, что распродает соседка. Та сначала не хотела говорить адрес, но моя молодость злодейства не предполагала, поэтому дала. Просила предупредить соседку, что зайду завтра с утра пораньше.
Мысль о машинке в голову не приходила, а посмотреть хотелось на агрегат. Заскочив за фруктами, прибыла в усадьбу. Ребята только приехали – барахолка работала с рассвета – переодевались и выходили чистенькими и пахнувшими чудесными ароматами.
- Мара, в такой же одежде трудно работать, опасаемся её запачкать. - выдал сержант
- Вы сегодня в обед завезите вторые комплекты, я почищу, а в этих приятно находиться. -
- Ты нас балуешь -
Ребята продолжали обминать брюки, а я отправилась на свою высоту. Осталось меньше половины невычищенного, у меня уже сложилась своя последовательность уборки, так что дело продвигалось. Иногда заглядывал сержант, но я успевала скрыть следы своих приспособов, он только мешки полные забирал. После обеда я с уборкой приблизилась к каминным трубам, закрывающими пространство поворота здания. За трубами была баррикада.
Пора просить помощь. Ребята приспособили часть моих мешков под сбор паркета и теперь можно видеть почти чистые полы с остатками паркета. На помощь отправились все. Руководил разборкой сержант, а я решила помочь с сажей каминов. Пока нет никого рядом, выбрала самый грязный, но прочный мешок в который перекатывала плотный черный ком. Да уж, укрепила, так укрепила сажу, прочнее кирпича она стала. Мешок, рядом веник и совок, запачканный в саже. Вот я, золушка такая. Укрепление сняла и мешок стал расправляться, словно внутри был надуваемый воздушный шарик. На чердаке всё пространство до лестницы было занято остатками мебели. Сержант сразу отделял бесполезные обломки от частично сломанной мебели. Старье конечно, пусть пока лежит, узнаю про мастера, выбросить всегда не поздно. Разборкой парни будут заниматься до конца дня. Я же, всем помахав, пошла “стирать” спецодежду. С лестницы, привычно вычистив себя, шагнула в комнату. Похожий тюк с одеждой лежал в душевой.