- Мара, я был свидетелем и знаком с несколькими людьми с необычными возможностями, потом в какой то момент они лишались этих способностей и становились обычными людьми. Я думаю, что у тебя схожий случай. -
- Возможно ты и прав и спустя время я стану среднестатистическим человеком, но я буду глубоко страдать от этого, я уже отравлена ядом своих способностей и жизнь близких превращу в ад. Это моя позиция. Кроме этого, я надеюсь немного ещё заработать на твоём хорошем ко мне отношении. За тебя хорошую цену предложил твой отец и я без сожаления продала тебя. Прости, но я сознательно на это пошла. Отца твоего я понимаю, он старается уберечь тебя от хищницы и он прав. Я действительно хищник, но честный хищник. Твою жизнь ломать не хочу. Сейчас я стараюсь заработать и если ты считаешь швейный цех вершиной моей деятельности, то ты ошибаешься. Это своеобразный подарок городу, желание дать жителям района достойную занятость и одежду, как продукт их труда. Самое главное, я не чувствую сексуального интереса ни к мужчинам, ни к женщинам. Сплю я пока, спят мои чувства. Нет смысла ложиться в койку из за хорошего отношения. Надеюсь, ты поймешь меня и мои мотивы. -
- Прости, меня, я не ожидал такого. Твою приветливость я принял за интерес. Я подожду твоего пробуждения. -
- Не стоит тебе надеяться на это, лучше оглянись вокруг, да и невеста твоя хороша, почему ты не вернёшься к ней? -
- С ней всё кончено, в моё короткое просветление после Афгана я услышал от неё – Прости – и свой ответ: - Прощаю -. Отец не знает подробностей, считает, что я прогнал её. Всё, отношений не вернуть, я сам изменился, стал другим. -
- Ладно, Ванечка, жизнь продолжается, довольно драмм. Мы живы, здоровы, мы жаждем приключений и маленьких радостей. Выше нос и учись танцевать, будем отжигать с тобой, пока. -
Обижать и посылать его подальше не хотелось, но выяснения зрели, с его дотошностью и конкретностью. Не выкладывать же ему всю подноготную. Но кое что настораживает. Я слишком верю в свои способности, а вдруг – завтра их не будет? Нда, ситуэйшен, однако! У меня тут ценности огромные за плечом и – в момент- рядом, а достать не смогу. Плюнула на неприятные мысли и пошла домой попить чайка с горя.
Около шести часов пришел сигнал от Витька, всю компанию нашла на набережной, сразу уходить они не хотели, а хотели показать, где Али будет днем и вечером тусоваться. Ухоженная набережная изгибалась по склону скалы и в образованном изгибе сидели несколько художников с выставкой своих произведений и предлагавших отдыхающим иметь свой авторский рисунок от творца. Это мне сюда бутерброды от Шина для Али таскать?
- Али, ты присмотрись, чего тебе прикупить надо, чтобы от других художников не отличаться. -
- Мне главное берет и блузон бесформенный. -
- Ага, и помпон цветной на беретик. Это с Верой договаривайся, по дружбе пошьёт тебе хламиду. -
Мужики разгулялись, дамочки им подмигивали, от флирта воздух нагревался. А говорили, что католики религиозны очень. Или религия – это религия, а жизнь и её радости – это жизнь. Друг другу не мешают, а только дополняют: согрешил – покайся и снова чист, как небо после радуги. Только Фанг не реагирует на знаки внимания, вот рядом с ним и буду держаться. Так мы догуляли до военных кораблей, на набережной кучковались матросы, с которыми мои мужчины уже познакомились раньше и теперь вели меня с ними знакомиться. По форме матросов можно сразу узнать, чьи корабли пришвартованы в порту. Пока были представители четырех держав: англичане, французы, итальянцы и американцы. Молчал один Фанг, только прислушивался к речи сразу на всех языках одновременно. Больше всего болтать пришлось мне, всё таки единственная девушка, потом по активности шли арабы, эти кадры знали почти все европейские языки, братья также поддерживали разговор на английском, а Ашот заливался на итальянском. Все понимали друг друга и нас потащили показать нам улов знакомых рыбаков. Те ловили рыбу прямо у бортов военных кораблей. От такой бесшабашности, я прямо балдела, так и подмывало спросить о террактах в порту.
Отбирал рыбу или улов Фанг, расплачивалась я и тут же убрала всё в рюкзак. Отметить чужую удачную рыбалку нас повели в ближайшую пивнушку со столиками на улице. У новых знакомых-иностранцев был культурный шок, когда я достала несколько крупных вобл, на газетке её шустро разделала и очистила, и они получили к своей кружке пива кусок вяленой спинки. Потом с любопытсвом повторяли за нами технику питья пива с соленой вяленой рыбой. Для них это был очередной шок. Пора было расставаться, нас звали на корабли, обещая экскурсию. На память о нас выдала им несколько вобл, они обещали передать их капитанам. Субординация у этих моряков была не строгой.