Выставили им два ящика абрикосов и ушла не прощаясь. Так много я не говорила давно, последний раз, когда вслух читала детскую сказку. Злость уже рассеялась, мужчины просто не адаптировались к изменившейся для них жизни и применяют известные приёмы по прежним аналогичным ситуациям.
Вернулась на пляж перед обедом, немного поплавала и откликнулась на звук колокола Шина.
После обеда я взяла за грудки Ларика и стала из него вытрясать информацию о цехе. Какую продукцию будет выпускать цех, из каких комплектующих, кто поставщик и как эти комплектующие будут поступать в наш город.
- Ларик, я пока не спрашиваю, как и где вы думали эту продукцию реализовывать. Если только в районе, то напомню, что населения меньше пятнадцати тысяч. Пой, светик. -
- Ну что ты так нервничаешь, бойцы уже всё продумали и сами начнут работать. -
- Хорошо, Ларик, раз ты так говоришь, то я успокоилась и ни во что не лезу. Раз сами, то пусть сами. В этом случае, кто мне заплатит за их лечение, их одежду, за столешницы в цеху и за аренду помещения. Договор аренды подписал Сергей. В суд подам на него лично. Под что он арендовал помещение? Пусть изложит суду, при чем тут город и самоорганизовавшиеся вояки. Я вот смотрю на тебя и не узнаю, ты потерял очарование старости и с ним вместе свой ум. Как ты мне помог с голландцами, последовательно выжал из них максимальный гешефт, а тут в простом деле столько дурости и ляпов. Вы отобрали якобы специалистов, а у этих людей за время службы атрофировалось важное качество – инициатива и способность к творчеству. Ты на кого надеялся, когда всё это затевал? Кто их накормит, оденет, предоставит жильё? Кто купит и даст им в руки отвертку, ведь даже столы делали мои бойцы, а я купила столешницы. Им ведь ещё и стул нужен и кроме отвертки куча другого инструмента. Даже самый продвинутый и уважаемый боец – директор способен дождаться только метлы и приказа мести отсюда и до обеда. Они же по жизни иждивенцы, привыкшие, что начальство примет решение и даст приказ, снабдив всем необходимым. Спасибо тебе, твои слова позволят мне самоустраниться от всей вашей возни с чистой совестью. -
Чего я раздухарилась, какое мне дело до этих дельцов, пусть сами заварили кашу, сами и едят её. Сижу ровно и ни во что не лезу, тем более он молчит о поставщике комплектующих и какое изделие они будут собирать. Наверняка что то для военных, поэтому и молчит. В этом случае мне вообще надо стоять далеко и не отсвечивать. От разборок я чувствую упадок сил, поэтому отправилась в душ, а оттуда в пещеру, полежать в озере и набраться сил. Вода творила чудеса, через час я уже удивлялась своему поведению, гормоны проснулись? А ведь в суете дел я совсем забыла о женских днях, которых у меня не было с зимы. Неужели мой ритм жизни для организма вреден? Надо оставить только необходимые дела, а от остальных избавляться. Решение я приняла, кажется уже не впервые. Видеть никого я не хотела, ушла в свой дом, сегодня пустой и стала наслаждаться одиночеством. Кто то звонил и я нехотя взяла телефон. А звонил мне Андрюша. Он таки привез мне кассеты с новыми фильмами и хотел бы мне их вручить. Встретила Андрея на улице а то проскочит мимо участка, ищи его потом по всей улице. На кухне посидели за кофе с вкусняшками и просто поболтали. Он мне передал впечатление отца от городка и всего района. К каркасному домостроению отношение у него очень осторожное, но признавал быстрое возведение зданий как достоинство для растущих городов. Всё же Архитектору были ближе монументальные здания, как архитектурные памятники. Болтали долго обо всем, Андрей мечтал посетить Европу и с рюкзаком автостопом, посетить значимые для него архитектурные памятники. Звал в гости, обещался познакомить со своими приятелями. Расстались засветло, чтобы он не потерялся по темноте в наших закоулках.
23.07. понедельник.
В семь утра я уже была у дверей в квартиру Тоника и осторожно скреблась в неё. Тоник меня ожидал и нервничал из за моего отсутствия. На кухне для Кати оставила ящик абрикосов и с Тоником мы перешли в его номер в гостинице. Оказалось, что весь предварительный маршрут его командировки поломали уже в Берлине, где он будет до среды. Следующим пунктом будет Гамбург и в среду или в четверг мне следует ждать от него вызов. Оставила ему в вазе на столе абрикосы и ушла на тратуар прямо через дорогу от гостиницы. Он мне помахал рукой из окна и показал рукой направление куда следует двигаться. Улочка привела меня к широкому проспекту, далеко впереди проспект перекрывали Бранденбургские ворота, сквозь колонны ворот угадывались противотанковые надолбы, там была Берлинская стена и полоса отчуждения с пропускным пунктом для иностранцев. Близко к Восточному Берлину приближаться не рискнула, но ворота служили отличным маячком.