Задерживаться мы в Лондоне больше не стали и вернулись в Тоскану к бассейну. Нас с Верой отправили отдохнуть к бассейну, который Жека стал наполнять свежей теплой водой, а все остальные мужчины принялись возиться с мангалом и мясом, захваченным Шином со своей кухни. После заплыва в бассейне мы угощались десертным виноградом и ждали когда шашлык будет готов.
Около пяти часов, когда шашлык был уже весь съеден, мы стали собираться по домам. Фанг для всех набрал наборы фруктов со своего садика и огорода, но сначала Али со мной сходил в свой дом в Специи. Пока Али собирал все свои вещи, я прибрала в доме и наложила на дом сохранность. Возвращаться в этот дом Али больше не собирался, он оставался перезимовать в Тоскане.
С Ашотом до сбора оливок останутся Али с Жекой. Мы все перешли к офису, а потом с Витьком и Верой вернулись в мой дом.
На вечер у меня было ещё пару дел и я перешла в профилакторий, свои помещения надо проветрить после всех лечений и привести в порядок. Я как раз занималась уборкой помещений, когда Лея решила вернуться к своим детям и после окончания уборки я перевела её к офису.
Весь оставшийся вечер я составляла список фирм, в которые предполагала инвестировать свои капиталы. Этот список я готовила для Тоника, чтобы он узнал котировки акций на бирже и возможность приобретения пакетов акций этих фирм. Меня интересовали фирмы производящие “железо” компьютеров и программное их обеспечение. Пока в выборе названий фирм я руководствовалась пятнами памяти своей предыдущей жизни, практически основатели многих фирм были моими ровесниками и с кое кем мне хотелось встретиться в неформальной обстановке.
22.10. понедельник.
Во время завтрака пришел сигнал от Ларика и тут же зазвонил телефон.
- Мара, сегодня будет новая партия больных, они уже вылетели и будут у нас через час. Организуй им встречу, Борисыча я уже поставил в известность. Я уже выезжаю в аэропорт. -
Ларик был сосредоточен и краток. Я так надеялась посачковать до визита к сестре и спокойно подготовиться к встрече с ней. Как всегда, когда что то важное намечается лично для меня, сразу наваливаются смежные дела. Одно радует, что это будут последние большие группы. Сразу связалась с Ваней и Славиком, им следует забрать из общаги инструктора с помощниками для лучшей организации моего лечения.
Мой переход был прямо на третий этаж общаги с сообщением инструктору о необходимости его помощи мне для новой группы больных. Инструктор из числа своих подопечных отобрал ещё троих бойцов и теперь у меня будет шестеро помощников. На нашем микроавтобусе они отправились в аэропорт, а я сообщила Жене, что я с четырьмя бойцами буду занята в профилактории.
Перешла в свои помещения в профилактории и стала дожидаться первых больных. Вскоре всех привезли одновременно на нескольких машинах скорой помощи, автобусе и даже на нашем фольксвагене. Возглавлял всю колонну Ларик на своей машинке, из которой они с отцом Вани вылезли и наблюдали за работой по распределению больных. Я также наблюдала за выгрузкой клиентов и проводила диагностику заболеваний. По моим мысленным командам Ваня сразу отделял тех, кому требовалась экстренная помощь и их сразу же направляли в мою палату, остальных в две палаты медпункта. Как только медпункт и моя палата заполнились, я приступила к исцелениям.
Сразу отделила тех, кому потребуется для лечения водная среда и занялась подготовкой емкостей для их принятия. Действовала я в невидимости, отцу Вани такой подарок о своей личности я предоставлять не хотела. Всех отключила и заключила в коконы. В этих же коконах перенесла в ванну и ёмкости пять человек и дала команду Ване заполнить освободившиеся койки. Как только в моём лечебном отсеке расположились все семнадцать мужчин запустила на всех зачистку с последующим восстановлением.
Ванечка передал, что его отец вместе с Лариком отбыли и я перешла в видимость. Меня беспокоили восемь мужчин, у которых была сходная картина с Федором, сыном Фёдорыча. Там была картина после облучения и я, оставив больных в своём отсеке на восстановлении в коконах на два часа, поднялась в палаты, где разместили этих восьмерых.
После наводящих вопросов удалось выяснить, что эти мужчины получили облучение после аварий 1970г. в Сормово и 1975г. на Ленинградской АЭС. Пришлось палаты переформировать по аварийному случаю. Как раз четверо были судостроителями из Горького, а четверо военных-ликвидаторов с АЭС. Изменения в щитовидной железе были у всех восьмерых, а вот лечить их предстояло разными методами. С военными всё было ясно: приказ и они лезут убирать последствия взрыва водопровода с зараженной водой. Последствия – инвалидность и рак железы, существование, точнее доживание в среднем роде. У судостроителей ещё хлеще: взрыв на стапеле и почти две тысячи зараженных с первичной обработкой только на вторые сутки. Итогом инвалидность и 330руб. пенсии на дожитие в среднем роде. Квалифицированные рабочие, ставшие мертвыми для семей и в настоящий момент одинокие и брошенные.