Сунхо не думал, что девочка пришла одна. Скорее взрослые оставили ее ненадолго. Ара выглядела как кукла в своем синем платье с оборками. Она дала ему снэк и сказала, что впервые пришла на концерт. Казалось, Ара не знала ничего о Сунхо и summer boys. Когда репетиция завершилась. Сунхо помог ей собрать вещи: мягкую игрушку в виде черепахи и блокнот для рисования, в котором малышка что-то рисовала, и попрощался, получив в подарок за потраченное время целый пакет с вкусняшками. Ара собиралась подождать папу, который должен был ее забрать. Вернувшись в общежитие, Сунхо обнаружил рисунок в пакете со снэками: на вырванном из блокнота листе был изображен прекрасный принц, в котором Сунхо узнал себя, и принцесса в синем платье. Принцесса, как и полагается, улыбалась. Ее прелестную темную головку венчала корона. Принц был напыщен и самодоволен. Сунхо усмехнулся. Даже дети видят его таким?
Соседка не знала всей ценности Хонни, но быстро оценила ситуацию и отвлекла малявку обедом. Позже я забежала к ним, чтобы подарить Алиске вишневую черепашку по имени Черри. Мелкая с удовольствием схватила черепашку и ускакала играть. А я вздохнула с облегчением, Хонни не пострадал.
Мой длинноухий кролик. Не игрушка - друг.
7 глава. Потерянный друг
Да, теперь у меня появился друг. Мой Хонни. Кому-то покажется смешным, что я называю так тряпичного зайца, но у меня были свои причины. Да кого я обманываю? Просто у меня не было друзей.
В третьем классе, когда мы еще учились в старой деревянной школе, я решила с кем-нибудь подружиться. Мой выбор пал на самую красивую девочку моего класса. Прекрасного лебедя в стае серых уточек - Злату. Родители угадали с именем: ее золотистые волосы и большие карие глаза напоминали старое потертое золото. Злата сидела всегда на первой парте, хорошо училась и была любимицей учителей. С одноклассниками у нее, как и у меня, особенно не сложилось. Девочки не любили Злату за тихий характер, а мальчишки задирали. Мне со своей задней парты нравилось наблюдать за ее точеным профилем, как она крутила в руке карандаш и поправляла за маленькое розовое ухо золотистый локон. Незаметно для себя, я стала мечтать подружиться с ней, представляла, как мы будем словно сестры - не разлей вода.
Спустя месяц я набралась храбрости подошла к ней на перемене, пригласить в гости на выходные. К тому времени я почти все свободное время проводила одна.
- Злата, ты придешь ко мне?
Она вздрагивает и поднимает на меня свои большие теплые глаза. Как у жеребенка.
- А можно?..
Этот ее вопрос резанул меня по сердцу. Мне стало тесно в груди я, молча, кивнула. Мы договорились, что она придет ко мне в субботу после двенадцати. И я встала в тот день в семь, чтобы убраться в квартире. Отмыла ее сверху донизу, кажется, помыла даже унитаз, мама была бы довольна. Но Злата так и не пришла: ни в субботу, ни в воскресенье. В школе ее тоже не было неделю, а когда она вышла, то не отвечала на мои вопросы, отрешенно проходила мимо или смотрела на меня злобно.
Через год она перешла в другую школу. А я, еще больше запершись в собственном одиночестве, заползла в свою раковину. И не открывала свои чувства, кому попало.
Странно, что окруженный поклонниками, участниками группы, менеджерами и стажерами компании – Сунхо все равно чувствовал себя одиноким. Он чувствовал опустошение после того, как спускался со сцены вниз, туда, где уже не горели софиты. Когда оставался один в общежитии. И даже во время репетиций.
Кто-то мог подумать, что они проводили шумные вечеринки после концерта, но это было не так. Группа просто расходилась по своим номерам в большом полупустом отеле.
Страх сделать что-то не так, стать причиной проблем у группы или просто нелюбовь некоторых фанатов. Иногда Сунхо просыпался посреди ночи, потому что ему снилось, что он облажался. И он ничего не мог с этим поделать. Ему не с кем было поделиться своими переживаниями, Сунхо знал, что его отправят к врачу для психологической помощи, но также понимал, что ни один врач ему не поможет.Он просто должен был стать сильнее и пережить все это.
Сунхо шел по коридору, когда встретил Ын-Ву. Он неловко, притормозил, пропуская того в широком пространстве. Но Ын-Ву не прошел мимо, а тоже остановился. Здороваться, и даже смотреть ему в глаза у Сунхо желания не было. Прошло столько лет, а он все еще помнил, как на первом прослушивании в группу, Ын-Ву подставил его, протянув сломанный микрофон. Каждая минута была дорога. Судьба решалась даже не в момент, в какую-то секунду. Сзади напирали новые ребята, стоящие в коридоре и ожидавшие своей очереди. А микрофон, который протянул ему этот светловолосый стажер – не работал. Сунхо некогда было принимать решение, и он просто запел во всю мощь своих легких. Микрофон так и остался детской игрушкой лежать на взмокшей ладони.Он прошел прослушивание и стал стажером компании, но никогда больше не встречался взглядом с тем парнем, а ныне певцом новой группы Ын-Ву.Но сегодня что-то изменилось. Парень, замерший напротив него в широком коридоре, произнес всего два слова. И что-то дрогнуло в груди у Сунхо.