Директор, к концу прогулки уже почти полностью оправившийся от действия яда (оставалась только нездоровая бледность), стремительным шагом пересек Холл и стал подниматься по лестнице. Блейз проводил его взглядом и поспешил в подземелья вслед за преподавателем.
- Постарайтесь не так откровенно пялиться на директора, Блейз, – процедил Снейп. – Я не потерплю подобного в стенах школы, тем более с представителем моего факультета.
- Простите, сэр. Я просто волновался. Этот яд, вы понимаете...
Зельевар хмыкнул, но промолчал.
Для Гарри наступило самое счастливое за последние несколько лет Рождественское утро. Проснувшись рядом с Роларом, юноша испытал такой прилив положительных эмоций и такой магический всплеск, что казалось, он готов взлететь без всякой метлы. Осторожно выскользнув из не очень теплых объятий спящего вампира, Гарри отправился в ванную. Через пару минут на его плечи легли знакомые руки. Молодой маг счастливо улыбнулся и прижался спиной к груди мужчины.
- С Рождеством, малыш, – шепнул Ролар, задевая губами ухо юноши.
Гарри развернулся к нему лицом и нежно коснулся губами скулы:
- С Рождеством, Ролар...
Рождественское утро профессора Снейпа не было столь безоблачным. Несмотря на то, что проснулся он от нежного поцелуя любимой женщины, уже через минуту предплечье словно обожгло открытым пламенем. Вызов Лорда, да еще в такую рань, не сулил ничего хорошего. Извинившись перед Лили, Северус быстро облачился в черный сюртук, плащ и маску и, воспользовавшись камином, переместился в Малфой-мэнор.
В гостиной его ждал Люциус, держащийся за предплечье с гримасой боли на холеном лице.
- Что случилось, Люц?
- Лорду доставили какие-то камни, странного вида...
- Драгоценные?
- Да нет, как будто куски горной породы... Он с ними всю ночь что-то сделать пытался, видимо, не вышло, вот и бесится...
- Понятно. Пойдем.
Едва пламя в камине поменяло цвет с зеленого на обычный, Лили бросила в камин щепотку летучего пороха и четко произнесла:
- Малфой-мэнор, будуар леди Малфой.
Встав на колени, Лили засунула голову в камин. Перед ней открылась знакомая картина: отделанная в нежных серо-лиловых тонах комната с высокими окнами и тяжелыми портьерами, изысканная мебель, на низком столике – свежие цветы. На фоне этого внешнего благополучия – хрупкая фигурка мечущейся из угла в угол колдуньи. Туфли сняты, чтобы не стучали каблуки.
- Цисси, это я, Лили, – шепнула женщина, – Северус к вам отправился. Что случилось?..
Нарцисса метнулась к камину, и Лили увидела, что выглядит женщина неважно: темные круги под глазами, осунувшееся лицо.
- Привет, Лилс, – зашептала в ответ Нарцисса, то и дело беспокойно оглядываясь на дверь. – Не знаю, что там в точности произошло, но Лорд негодует. Ему доставили какие-то обломки камней, судя по тому, что сделку заключал гоблин, могу предположить, что камни эти были обманом вывезены из какого-то нечеловеческого поселения. Может быть, вампирья долина или троллий клан, может быть, гномы... В общем, судя по радости и последовавшей злости, Лорд возлагал на них какие-то особенно большие надежды... А у вас как?..
- Понятно. У нас тоже не все книззлу день Благодарения, Цисси, вчера объявился какой-то вампир, незнакомый, и чуть не убил Ролара...
- Это... м-м... Друг Избранного?..
- Да, твоя деликатность поражает, – усмехнулась Лили. – В общем, Гарри его спас, но теперь главный вопрос не в этом, а в том, что вообще этот вампир делал в Хогвартсе?.. И... с учетом ваших обломков... Не многовато ли вампиров?..
- Поняла тебя. Я попробую поподробнее узнать у мужа, откуда были эти камни...
- И еще... я не знаю, говорил ли с тобой Драко, но похоже, у него завелась подружка...
- Грязнок... ой, прости! – щечки Нарциссы мило порозовели. – Магглорожденная колдунья с Гриффиндора?
- Значит, говорил.
- Нет, не говорил, – Нарцисса усмехнулась. – Просто у меня есть глаза и уши. И я слишком хорошо знаю Драко. Что ж, спасибо за подтверждение, Лилс, я буду иметь в виду эту проблему...
- Проблему?..
- А ты как думала?.. В нашем положении усугублять недовольство лорда не стоит... Quod licet Iovi, non licet bovi, моя дорогая. Северус может себе позволить гораздо больше других Пожирателей... Ну, ничего. До связи, подруга.
- До связи...
Неожиданно для Гарри в окно комнаты Лили постучалась сова. Молодой волшебник был в этот момент занят написанием очередного домашнего задания – на каникулы их была уйма, и юноша предпочитал расправиться с ними в первые же дни, чтобы потом спокойно наслаждаться отдыхом, насколько позволяла ситуация. Нехотя поднявшись из-за стола, Гарри отворил окно, впуская птицу и ледяной ветер. Ролар поднял голову от книги.
- Ты не поверишь, – усмехнулся юноша, – Но это приглашение на Рождественский ужин на Гриммо. Хочешь пойти?..
- На Гриммо?..
- От Сириуса и Римуса. В родовое гнездо Блэков. Довольно занимательно в качестве экскурсии.
- Ну, если ты рекламируешь, – глаза вампира смеялись. – Не вижу повода не согласиться. К тому же, Рождественский ужин в Хогвартсе вряд ли предполагает присутствие за общим столом вампиров?..
Гарри прыснул, представив себе лица преподавателей, вздумай он явиться с Роларом.
К назначенному времени Гарри и Ролар спустились в подземелья и постучали в комнаты Снейпа. Гарри настоял на том, чтобы Ролар надел традиционную мантию волшебника, которую юноша подогнал ему по росту с помощью магии, выбрав в своем гардеробе самую подходящую. Вампир смотрелся в ней настолько элегантно, что, пожалуй, Люциус Малфой подавился бы своими перчатками, встреть он сейчас Ролара на каком-нибудь приеме. Лили впустила их обоих и проинформировала:
- Входите. Дымолетный порошок на каминной полке. Северус еще не вернулся...
- Он у Лорда? – забеспокоился Гарри, Лили кивнула. – Пришли мне патронус, когда он вернется, хорошо?..
- Конечно, Гарри, – женщина слабо улыбнулась. – Счастливого Рождества...
Оказавшись в особняке на Гриммо, Гарри в первый момент не поверил своим глазам. Ни следа прежней запущенности: дом словно бы вернулся на много лет назад. Вышедший вслед за юношей из камина Ролар приобнял Гарри за плечи:
- Красиво. Но где же хозяева? – шепнул он.
- Не знаю. Сириус! Римус! – на крик посреди гостиной, богато изукрашенной к Рождеству, с легким хлопком появился Кричер, вопреки ожиданиям Гарри, низко поклонился и замер в ожидании. – Эээ, Кричер? Добрый вечер. А где Сириус?
- Милорд и мистер Люпин ожидают Вас в столовой, – с поклоном проскрипел домовик, и глаза Гарри полезли на лоб. – Кричер проводит молодого лорда Поттера и его спутника к господам. Кричер не знает спутника лорда, но чувствует, что это древнее опасное существо. Кричер боится.
- Не бойся, Кричер, – усмехнулся Гарри. – Мой спутник не опасен для тебя.
Но эльф, как и прежде, не слушал Гарри. Выйдя на лестницу, Гарри был еще больше шокирован переменами, которые постигли дом: помимо того, что ветхий, пахнущий затхлостью и гнилью дом теперь выглядел словно в нем только недавно закончили ремонт (хотя на стенах остались старинные газовые рожки, да и никаких новых вещей не появилось), так еще исчезли шторы на портрете миссис Блэк. Изображенная на портрете дама больше не производила того отталкивающего впечатления. Теперь она скорее напоминала пожилую аристократку, чем пациентку больницы Святого Мунга. Ролар, не знавший об особенностях портрета, галантно поздоровался с ней, и Вальбурга царственно кивнула ему, удостоив сдержанного приветствия. Гарри аж поперхнулся:
- Приветствую Вас, миледи, – пробормотал он.
- Добрый вечер, лорд Поттер, – процедила женщина.
Совершенно ничего не понимающий Гарри прошел мимо сушеных голов эльфов (да, темномагические элементы дизайна никуда не делись, Ролар с интересом подмечал детали интерьера, усмехаясь про себя) и вслед за Кричером вошел в ярко освещенную столовую. Убранство комнаты блистало дорогими материалами и, вместе с тем, завораживало идеально выверенными деталями: темно-синий бархат и посеребренная лепнина, серебряные же подсвечники и огромная люстра, мебель из черного дуба, инкрустированная серебром. Посреди всего этого великолепия возле накрытого белоснежной скатертью стола стоял, облокотившись о высокую спинку одного из стульев, Сириус Блэк. Его завораживающе-яркие синие глаза, в которых отражались многочисленные свечи и блики, смотрели на Гарри и его спутника с нежностью. Идеально подобранная парадная мантия подчеркивала статную фигуру волшебника. На плечах лежали густые кудри, в черноте которых серебрились нити седины. Хозяин дома улыбался: