- Точного объяснения у меня, конечно, нет. Но есть одна догадка.
Совершенно обнаженный Том легко вспрыгнул на огромный полированный стол из черного дерева, в котором отражалась тяжелая кованая люстра. Теперь в нем, как в воде, отражалось и его совершенное тело. Люциус смотрел на своего господина и у него перед глазами все плыло от желания. Член, сдавленный брюками, болел. Том сидел, свесив ноги с аккуратными ровными пальцами, слегка покачивая ими, и медленно водил рукой по эрегированному члену, изучающе глядя на Люциуса, переминавшегося, по-прежнему стоя на коленях.
- О чем ты думаешь, Люциус? – спросил Риддл, чуть склонив голову вбок.
- Я думаю, – Малфой облизал пересохшие губы, – о том, как прекрасен мой Лорд.
- И только?.. – разочарованно.
- О том, как я бы хотел доставить удовольствие моему Лорду...
- Неужели?..
Детская площадка на самой окраине города. Здесь почти никогда не бывало детей, поэтому Гарри любил приходить сюда. Его не искали, но если он возвращался слишком поздно, то, конечно, его ждали неприятности. Перед тем, как дядюшка влепил ему того знаменитого тумака, из-за которого Гарри улетел на сотни миль от дома, мальчик как раз гулял здесь. Теперь же, придя сюда с любимым и рассказав ему все это, Гарри почему-то захотелось посидеть тут немного. Прощаясь?.. Отпуская?..
Как обычно, поняв его без слов, Ролар просто опустился на деревянный край песочницы и притянул Гарри к себе на колени. Усыпанное звездами небо смотрело на них бесстрастно, как всегда здесь. Или это было только в воображении Гарри?.. Когда он сидел здесь в детстве, он всегда чувствовал себя неимоверно одиноким.
- Гарри, а ты помнишь точный текст пророчества о тебе?.. Альбус, кажется, показывал тебе его?..
- Да. Сейчас... – Юноша на минуту задумался, ерзая в попытках устроиться поудобнее и наконец сполз на траву, устроившись между ног вампира, как в кресле. – «Грядёт тот, у кого хватит могущества победить Тёмного Лорда... рождённый теми, кто трижды бросал ему вызов, рождённый на исходе седьмого месяца... и Тёмный Лорд отметит его как равного себе, но не будет знать всей его силы... И один из них должен погибнуть от руки другого, ибо ни один не может жить спокойно, пока жив другой... тот, кто достаточно могуществен, чтобы победить Тёмного Лорда, родится на исходе седьмого месяца...»
- Смотри, как интересно получается... Про кого из двух Темных Лордов это пророчество, как ты считаешь?.. – спросил Ролар, по обыкновению задумчиво перебирая волосы Гарри.
- Эм... ну, всегда считалось, что про Волан-де-Морта, но теперь я уже и не уверен... Я вон спокойно живу, даже под одной крышей с Томом...
- А возможно, что Альбус нам пророчество не полностью показал? – задумчиво спросил Ролар. – Ведь есть же техники работы с воспоминаниями... Может такое быть?..
- Теоретически, да.
- Интересно.
- Проси.
- Позвольте мне, мой Лорд! Позвольте прикоснуться к ним, они... божественны, мой Лорд! – униженно скулил Малфой, в то время, как Том покачивал у него перед носом босой ногой, лениво шевеля пальцами.
- Ладно, Люц, поиграли – и хватит, – усмехнулся волшебник, спрыгивая со стола. – Вставай.
Сиятельный лорд спешно вскочил на ноги. Том обнял его за стройную талию и аппарировал в спальню.
Гарри и Ролар брели по спящему Литтл-Уингингу. Юноша положил голову на плечо вампира, обнимая его за талию. Мужчина тихо рассказывал:
- Когда Грин-де-Вальд только появился в жизни Альбуса, Арр’акктур сразу предупреждал Кендру, чтобы она забрала дочь подальше от магического мира. Но Повелительница была уверена, что девочке ничто не угрожает в Годриковой лощине, а в Велибрии как раз было неспокойно. В то время мы познакомились с Дорианом, который попытался заявить свои права на долину, хотя жители Велибрии практически единогласно выбрали Кендру. Дориан вырос вне Долин, что делало его подозрительным для вампиров, поэтому несмотря на то, что Дориан – мужчина, предпочтение отдали Кендре. Грин-де-Вальд исчез после известных тебе событий, а вместе с ним пропал из долины и Дориан, прежде пытавшийся все же закрепиться в Велибрии хотя бы Советником. Однако Кендра уже тогда вела переговоры с Арр’акктуром, не желая доверяться непонятному проходимцу. В следующий раз Лен встретился с Грин-де-Вальдом после известной дуэли. Как ты знаешь, Альбус тогда смог победить этого сильнейшего мага за счет своего выдающегося мастерства, в обход Силы. Но выиграть дуэль – это еще не все. Каким-то образом необходимо было окончательно обезвредить преступника, заточив его в тюрьме. В этом Альбусу помог Лен. Из-за своего обостренного чувства справедливости Арр’акктур не мог оставаться в стороне, видя, что убийца несовершеннолетней Повелительницы, детоубийца, может избежать наказания благодаря своей обманом приобретенной силе. Таким образом, путем нехитрых вычислений, мы получаем три эпизода, в которых Лен встречался с Темным Лордом, как себя называет Геллерт.
- То есть ты думаешь, что в пророчестве выпущена та часть, где сказано про то, что меня усыновит тот, кто трижды бросал ему вызов?..
- Я почти уверен в этом. Потому что, насколько я могу судить по тому, что я знаю о твоем биологическом отце, никаких вызовов никаким лордам он точно не бросал... И тогда получается вполне логичным, что Магия, во исполнение предначертанного, обуславливает твое попадание не на крышу школьной столовой, а на Границу Велибрии...
====== Глава 120. Есть новости ======
С наступлением учебного года Гарри по-настоящему прочувствовал, что Волшебный мир необратимо изменился. Пришедшие к власти в Министерстве сторонники Волан-де-Морта диктовали свою политику. Из программы был убран предмет Защиты от Темных Искусств, замененный на, непосредственно, Темные Искусства. Предполагалось, что сами Искусства – предмет, включающий в себя более полные знания, поскольку одновременно с обучением непосредственно Темной магии преподавались также и средства защиты от нее. Но вот само название предмета, конечно же, вызвало бурю протестов у “сторонников Гарри”.
Расколом в магическом сообществе начали активно пользоваться некие темные личности. Опять же, как сообщала Гермиона, на Гриффиндоре постоянно жаловались на нападения Пожирателей Смерти, в то время как Гарри точно знал, что Пожиратели прекратили свои активные атаки. У Ролара возникло предположение, что те отбросы, которых в свое время вербовали сторонники Тома, поняв, что больше не будет разудалой жизни и вседозволенности, стали искать себе другого предводителя. И, похоже, нашли. Том утверждал, что больше не чувствует Меток на большинстве Пожирателей Внешнего круга, что наводило на мысли об их переподчинении более сильным Темным Волшебником. Грин-де-Вальд собирал армию.
В самом Хогвартсе тоже было неспокойно. Именно раскол среди магов на Светлую и Темную сторону (условный, надо сказать, раскол, особенно при учете, что главное знамя Света в лице Гарри Поттера и Альбуса Дамблдора – не вполне люди) не давал волшебникам понять, какова же на самом деле угроза и откуда она исходит. Нападая на чистокровные семейства, разбойники вели себя как магглорожденные, нападая на полукровок – как Пожиратели, умножая панику и ненависть с обеих сторон. Внутри Школы происходило примерно то же самое, с той только разницей, что здесь нападали друг на друга уже сами студенты.
Учителя и старосты выбивались из сил, чтобы прекратить постоянные стычки между факультетами. Ситуация становилась катастрофической. На очередной педсовет решено было пригласить Поттера и Малфоя как негласных лидеров Света и Тьмы среди учащихся. Оставив Ролара с Гермионой за разбором очередной кипы маггловских газет на семи языках, Гарри направился в учительскую.
Перед дверью его уже ждал Драко, заметно нервничая.
- Дракош, что с тобой? – Гарри осторожно протянул руку, как к испуганному зверю, и дотронулся до плеча. Драко вздрогнул.
- Гарри, ситуация на факультете вышла из-под контроля. Крэбб и Гойл вступили в ряды Грин-де-Вальда, сегодня ночью они... – Драко передернуло. – Я еле отбился. Хорошо, что они такие тупые.