Во второй половине дня, когда жара становилась особенно невыносимой, разгоняя и без того немногочисленных покупателей по пляжам и помещениям с кондиционерами, Мэт отпросилась из лавки, чтобы взглянуть на ангар, который «подогнал» ей ведьмак. Если подошел бы по размерам, то можно было хоть завтра «прооперировать» Драйка. Все для этого готово. Чего тянуть?..
Мэт прошлась до конца улицы, свернула за угол и только после этого направилась к остановке такси. Она назвала адрес, не уточняя номер дома. Погуляет, присмотрится сначала снаружи, а уже потом войдет внутрь, чтобы не привлекать внимание. Хотя в этот час даже волки старались найти тень.
Таксист высадил эльфийку в самом начале улицы, как та и просила, и сразу уехал. Здесь не положена стоянка, только остановка. Мэт огляделась по сторонам и тихо заскулила — он очутилась недалеко от королевского парка, на одной из респектабельных улиц, где проживали одни богачи. Откуда здесь мог взяться ангар, да еще и нужного ей размера?
И Перри на плече молчал, словно тоже пребывал в недоумении.
Дойдя до нужного номера дома, Мэт остановилась и снова огляделась по сторонам. Это невозможно — в глубине старинного парка, огороженного невысокой кованой оградкой, невероятно изысканной, как раз находилось нужное здание. Если ее остановит охрана, решила Мэт, она всегда сможет предъявить ключи и записку с адресом в свое оправдание. Очень не хотелось, чтобы охрана передала ее в руки доблестным королевским полицейским.
Тишина давила на Мэт, окутывая её, как густой туман. Липовая аллея, оживлённая хотя бы шуршанием листвы и щебетанием птиц, почему-то молчала. Даже пыль на крыльце, как правило, свидетельствовавшая о недавнем присутствии кого-либо, на сей раз оказалась нетронутой. Мэт, ощущая нарастающее беспокойство, вынула ключи из кармана, подкинула на руке, выбирая подходящий. Зачем их столько на связке? Вставила подходящий на вид в замочную скважину. Этот груз лишних ключей, словно символизировал накопившееся напряжение в её жизни.
Прежде чем войти внутрь, обернулась… Никого… В этом парке она одна, не считая Перри на плече. Абсолютная, давящая пустота старого парка. Ни одной живой души. Ни малейшего шороха, ни шороха листьев под ветром, ни пения птиц. Только угрюмое молчание, режущее слух своей ненормальной тишиной. Она сама бы ни за что не определила, что им кто-то или что-то угрожает — Перри забеспокоился бы. Ворон никогда не терял бдительности. Его проницательные глаза, подобные чёрным жемчужинам, никогда не пропускали ничего подозрительного. Его бдительность – её незримая защита. Да и кулон на груди начал бы жечь огнем, если бы его хозяйке угрожала хоть малейшая опасность. Этот странный кулон словно хранил в себе древнюю магическую силу, реагируя не только на угрозы для своей обладательницы, но и на боль страх и прочие слабости живых существ, которые Мэт чувствовала или пропускала через себя.
Ей помнился один случай, который до сих пор вызывал дрожь у Мэт. Она помогала бездомному больному. А в благодарность за спасенную жизнь он напал на неё, замахнувшись дубиной, собираясь нанести сокрушительный удар. Но в тот момент, когда смерть уже, казалось бы, коснулась плеча, Мэт почувствовала нестерпимое жжение кулона, и тут же ворон, словно ангел-хранитель, с грозным карканьем набросился на преступника. Страшный крик, внезапное замешательство грабителя от боли, и Мэт, воспользовавшись моментом, сумела сбежать, собрав, правда и боль от удара клювом Перри в лоб бездомного.
Но сейчас же, царила странная, неестественная тишина. Отсутствие реакции кулона и молчание Перри вызывали почему-то у Мэт глубокое беспокойство. Она чувствовала себя словно игрушкой, брошенной в безлюдном доме, когда все уехали, а ее забыли. И осталась она одна, никому ненужная и окруженная безмолвными, но враждебными тенями. Что-то было не так. Воздух словно загустел, наполнился невидимой угрозой. Даже запах деревьев, трав, цветов, обычно успокаивающий, теперь казался едким и неприятным. Мэт замерла, прислушиваясь к каждому бесшумному шороху, к каждому несуществующему шелесту.
Но нет, не мог ее ведьмак подставить, не похож он на того бездомного.
И Мэт медленно повернула ручку двери, но продолжала сжимать в руке ключи, как оружие.
Она неспешно прошла по анфиладе комнат и остановилась в большом, просто огромном зале с раздвижным потолком. Ведьмак словно знал, для каких целей эльфийке потребуется помещение.
— Ну и что ты думаешь по этому поводу? — обрадованно обратилась Мэт к ворону. — Драйк, думаю, сюда вполне войдет, а потом даже можно будет проверить его на летучесть. Но… — застонала она, — я совершенно не знаю, как поведет себя Драйк в теле дракона. Я его видел только в полуформе с тоскливо опущенными крыльями, как у летучей мыши. А если он начнет изрыгать огонь от боли? Спалит нам тут все. Или… Ты слышал его драконий рык? Приведет в ужас всех в округе. И придется нам улепетывать.