— Значит, не могли, — покачал головой старик. — Все сходится…
— Что сходится? — хором спросили все присутствующие…
— Я еще не знаю, — отозвался старик, — но случайно ничего не происходит в этом мире.
Мэт провела рукой по своим волосам, пытаясь привычно откинуть косу на спину, но лишь вздохнула, поймав воздух.
— Раз меня ловят на такую приманку, — она ласково улыбнулась Малису, — то я сама отправлюсь в пасть льву, чтобы досконально прояснить раз и навсегда, что Лестату Эшу от меня надо. Я-то помню, что мне надо было от него, когда я встретила его на лестнице, а вот… Зачем он меня дожидался? — произнесла она раздумчиво.
— Что ты собираешься делать? — вампир сгреб Мэт в охапку. Одну ее он никуда ни за что не отпустит. А без магии, осознавал, он не помощник, а больше обуза.
— Перво-наперво, — Мэт загнула палец, — надо вернуть твою магию, словно прочитала мысли вампира. Твой отец ее где-то надежно спрятал в стенах университета, вряд ли он сам ей воспользовался. А во-вторых, я собираюсь мстить за тебя. Жестоко и беспощадно, — она провела пальцами по лицу, как бы рисуя боевую раскраску лесных эльфов.
— Ты и месть? — расхохотался в голос Малис. — Две вещи несовместные. Это примерно то же самое, что я и слезы.
— Ты не знаешь, на что я еще способна, — улыбнулась Мэт. — Но по твоим слезам над моим лицом отец вычислил тебя. Все что угодно он ждал от тебя, но не слезы… Насколько мне помнится, ты упоминал лабораторный практикум…
— Так и есть, — согласился Малис. — Моя магическая сила спрятана в одном из дьюаров. Надо найти ее, выпустить, я приму. Нет ничего проще. Но… Если я ошибусь…
— Я ошибусь, — поправила его Мэт. — Я завтра одна отправлюсь в университет, а вы все останетесь сидеть в лесу, — добавила она строго, подняв палец. — И станете дожидаться моего возвращения. На этом считаю возможным закрыть собрание…
Они вышли на улицу в прохладу летней ночи.
Малис повел Мэт за руку в лесную чащу. Драйк было увязался за ними, но его остановил Перри, встав перед ним и растопырив крылья.
— Оставь их, — каркнул он сурово. — Мэт не для тебя. У тебя совершенно другое предназначение. Забыл? Так я напомню…
— Согласно легенде… — грустно вздохнул Драйк, вглядываясь в темноту, где скрылись двое, — на своей спине бриллиантовый дракон принесет в этот мир нового правителя, когда наступит время прежнему передать тому власть.
Драйк склонил голову и вздохнул. Вглядываясь в темноту, где скрылись двое, он пытался хоть что-то рассмотреть. Мэт не для него, он понимал это головой, но не сердцем.
— Легенда гласит, — прошептал он, голос, полный печали, едва пробивался сквозь шелест ночного ветра, — что бриллиантовый дракон, существо из мифов и сказаний, станет предвестником нового правителя. Он явится, когда настанет время смены власти, возвещая о переходе правления к новому достойному лидеру. Узнать его можно будет по сверкающей жемчужине дракона. Легенда указывает на сверкающую жемчужину, украшающую грудь правителя. Эта жемчужина — не простое украшение, это символ власти, символ поклонения. Жемчужина излучает ослепительное сияние, видимое даже сквозь самые густые туманы и тьму. Только правитель сможет носить жемчужину на своей груди.
Драйк набрал полную грудь воздуха и продолжил: — Согласно древним свиткам, хранящимся в затерянном храме в горах Заката, дракон не просто принесет нового правителя, но и испытает его. Жемчужина, помимо своего ослепительного света, обладает способностью проверять сердце претендента. Она может отражать его истинную сущность, проявляя скрытые пороки или же подсвечивая искренность и благородство. Если же новый правитель недостоин власти, жемчужина померкнет, а дракон исчезнет, оставляя мир в ожидании истинного правителя. Появление дракона и жемчужины остается одним из самых загадочных пророчеств, веками волнующих умы и пробуждающих надежду на светлое будущее.
Драйк умолчал, что некоторые интерпретации легенды говорили о том, что дракон может появиться не в физическом, а в видении. Но он-то живой, настоящий, бриллиантовый. Почему он не может быть именно тем драконом?
А еще ему обязательно надо жениться, чтобы драконий род не прервался, а не смотреть на Мэт влюбленным взглядом. Драйк снова вздохнул, вот только не нравились ему девушки из деревни. Хоть одна, хоть чуточку была бы похожа на Мэт — мечтал он. Наверное, так и есть — он не стал еще настолько взрослым, чтобы захотеть жениться…
Когда они остались одни и свет из дома не мог выдать их и то, чем они занимались, Малис крепко обнял Мэт и прижал ее к своей твердой груди. От неожиданности девушка чуть не задохнулась.