— Добро пожаловать в нашу семью. — Вложила ладонь в его протянутую руку. Наверное, можно было сравнить лишь с ударом тока ощущение его поцелуя на коже. Да, от его энергии даже воздух вокруг нас потрескивал. — Я рад, что ты теперь с нами. Навсегда.
— Спасибо, Рэйн. — Зажгло в переносице от скопившихся слёз. Не от его одобрения, нет. Лишь упоминание о семье на мгновение выбило из колеи. Мне было гораздо проще отпустить их, когда я думала, что второго шанса на жизнь не будет, но сейчас... Тем более сейчас, когда в одно мгновение я стала публичной личностью.
Чувство стыда начало подкрадываться, и лишь подошедший к нам Михаэль под ручку с белобрысой уже мне знакомой личностью вернул мысли в здесь и сейчас.
— Владамир, это такая неожиданная... Радость. Твоя невеста просто обворожительна. — Скользнула по мне взглядом из серии "чтоб ты сдохла". — При других обстоятельствах я бы подумала, что вы торопитесь в связи с пополнением.
Знает? Или просто шутка-минутка, которая попала прямо в цель?..
— Поверь мне, Ариэль, несмотря ни на что они пытаются. Ты же поняла по какой причине Рэйн попросил оркестр сыграть?..
И пусть это была шутка ниже пояса, но я была благодарна Михаэлю, что он сделал за меня грязное дело. А судя по тому, как Ариэль резко развернулась и пошагала в другую от нас сторону, шутка ей зашла ровно настолько же, как мне про пополнение...
— Пойду утешу её. Нет никого благодарней, чем бывшая на помолвке у своего несостоявшегося жениха. Ты же не против? — Прикусила язык, на автомате чуть не ответив, что не возражаю. Сама же превратилась в шпалу от напряжения. Посмотрела на Владамира. Вот сейчас он ответит, что против, так как вампирский собственнический инстинкт вещь неконтролируемая. Но он лишь пожал плечами, даже не посмотрев в ту сторону, куда царственно удалилась Ариэль.
— Развлекайся. — единственное, что он сказал. С меня разве что семь потов не сошло от облегчения. Возможно, я и была каким-то бракованным вампиром, но чувство собственничества накрывало на все сто.
Михаэль подмигнул мне, взяв два бокала с подноса официанта, поспешил следом за Ариэль.
— Похоже, он поменял своё отношение ко мне?.. — произнесла вслух предположение.
— Думаю, он решил плыть не против течения. — Ответ Владамира мне был не совсем понятен, и я уже было хотела докопаться до сути, когда его рука на моей спине напряглась. Прошило энергией так, что я бы не удивилась оставшимся ожогам от его пальцев.
— Ты прекрасно выглядишь. — Услышала я голос бывшего мужа прежде чем повернуться.
Знакомые черты лица чуть заострились. Щёки чуть впали, под глазами залегли сероватые тени как будто от недосыпа. Он вообще весь выглядел не очень здоровым. И запах... Нет он не был противным для меня, как от других находившихся в зале людей. По крайней мере, стайкой и силосом от него не несло. Скорее, он больше походил на запах Владамира...
— Спасибо. — Я улыбнулась дежурной улыбкой, так как вновь защелкали затворы камер.
— Женя, вы не могли бы встать рядом...
— Нет! — ответ Владамира был настолько неоспоримым, что больше никто не делал попытки переставить меня куда-то, где было больше возможностей раздуть ещё одну сплетню.
На этом разговор с бывшим мужем был закончен. Комплимент и фальшивая улыбка, это и так уже перебор. При любых других обстоятельствах всё могло бы быть совершенно по-другому. Да, при других обстоятельствах у меня бы не было сдерживающего фактора, я бы просто разорвала ему глотку...
От этой мысли сглотнула тягучую голодную слюну. Боже...
— С тобой всё нормально?
— Нет... — честно призналась я, стараясь погасить в себе пламя. Да, именно с такого ощущения жжения глаза потом наполняются зеленью. Не хорошо, когда рядом столько камер, настроенных исключительно на меня. — Кажется, мне нужно...
Владамир понял без каких-либо дополнений с моей стороны.
— Пойдём. — Устремила глаза в пол и прикрыла лицо ладонью. Тут выбор был не велик. Пусть лучше родится ещё одна сплетня о том, что я разревелась после общения с бывшим мужем чем показать всему белому свету горящие зеленью глаза. Вложила свою руку в его.
Камеры щёлкали нам в след. Я же шла за Владамиром, ориентируясь на его руку и на собственное обоняние. Сильно пахло человеческой кровью и похотью.
Тут у второго выхода из огромного зала выстроилась цепочка из людей в униформе. Тогда как официанты отличались по белым кителям, эти были узнаваемы по красным.