После, она нанесла на меня детскую присыпку. Я отметила, что в этом было что-то до странности эротичное, и внезапно осознала, почему Эвери была извращенкой. Она никогда не вдавалась в детали, рассказывая о Гэвине, но каждый раз, когда она проговаривалась, это всегда было вопиюще. Теперь я поняла. Она делала восковую эпиляцию. Вот что случается с девушкой, когда она делает эпиляцию. Она становится…сексуальной.
— Ладно, теперь перевернись, — скомандовала Луана.
— Что?
— Перевернись, — повторила она, размахивая руками.
О, Боже мой.
— Нет, мне и так нормально, — ответила я.
Луана захихикала. Снова.
— Все будет хорошо. Мы сделать красиво с обратной стороны.
Сделать красиво?
— Эм…
— Твой муж понравится, — объяснила Луана.
— Я не замужем.
— Твой парень понравиться.
— Я…он…эм…нет.
Луана призывала меня и тянула за руку. Я перевернулась, потому что не знала, как спорить с тем, кто не очень-то хорошо говорил по-английски. Неистовая тряска головой похоже не помогала с переводом, и она выглядела так, словно не отпустит меня, пока не покроет меня воском между ягодиц. Когда я переворачивалась, всю бумажную простынь я оставила на себе. Было весело отрывать её от моего потного тела.
— Пожалуйста, Луана, — прошептала я. Клянусь, я была готова расплакаться.
— Разведи, — послужила мне ответом ее бодрая реплика.
— Я не могу. Я не могу это сделать. Никто и никогда не видел меня так близко и так лично.
— У тебя милая попка! Давай сделаем лучше. Теперь разведи.
Ладно. Женщина едва говорила по-английски, и всё же при этом она знала слово попка?
Если отбросить в сторону чувство, как будто я обделалась, воск был не так уж плох. Спустя две секунды это закончилось, а потом Луана нанесла ещё детской присыпки.
— Ты смотреть, — сказала она, когда я села на столе, ощущая себя совершенно разбитой.
— На что?
— Смотреть, смотреть!
— На мою вагину?
Луана рассмеялась.
—Ты такая глупышка. Смотреть, какая ты красивая.
Я взглянула на себя, мне было страшно делать это, пока она вырывала мне волосы. И я ахнула. Ничего не было. Ничегошеньки. Ноль. Пусто. Совершенно лысо и открыто.
— Видеть? Красиво, — произнесла Луана и похлопала меня по бедру.
Я слабо улыбнулась и позволила ей поцеловать меня в щеку, а потом она сказала, что ждёт меня в холле для оплаты.
— Ну как? — спросила Эвери, когда мы выходили.
— Ты стерва.
Эвери расхохоталась.
— Слушай, если бы я тебе всё рассказала, ты бы ни за что не согласилась пойти.
— Чертовски верно! — огрызнулась я.
— Ты могла сказать ей нет, — ответила Эвери.
— Я пыталась. Я. Пыталась. Эта женщина едва говорит на английском. И она умеет лишь хихикать.
Эвери открыла машину и забралась внутрь.
— Кейденс. Ты будешь счастлива, что перевернулась.
Я покачала головой, дергая ремень безопасности и засовывая его на место.
— Полегче с моей крошкой, пожалуйста, — сказала Эвери.
— И что это значит? Что я буду рада, что перевернулась?
Эвери улыбнулась уже хорошо мне знакомой озорной улыбкой.
— Слушай, всё, что я хочу сказать – это то, что мужчины нашего поколения гораздо более склонны к…экспериментам. И я уже узнала, что экспериментировать – не так уж и плохо. На самом деле, это может быть даже довольно приятно.
— О. Боже. Мой. Я этого не слышу, — ответила я. — Тебе восемнадцать! Ты совсем ребенок! Чем ты занимаешься, анальным сексом?!
— Во-первых, я не ребенок. Я взрослая женщина. Уясни. Во-вторых, я ничего не говорила об анальном сексе. Я сказала, что экспериментирую, — уточнила Эвери.
— Ага, что означает, что ты занимаешься анальным сексом.
Эвери пожала плечами.
— Ладно.
— Ладно – значит да, ты занимаешься анальным сексом? — не унималась я. Это было увлекательно и отвратительно и…увлекательно. Действительно чертовски увлекательно.
— Ты не заслужила деталей, сестрёнка. Прости, — ответила Эвери с самодовольной улыбочкой.
— Ладно. Плевать. Мне совершенно всё равно.
— Тебе совсем не всё равно.
— Ты права. Мне абсолютно не всё равно! Пожалуйста, расскажи мне, Эвери. Я до смерти хочу узнать, — умоляла я.
— Я чувствую себя так, как будто развращаю тебя или ещё что.
— Так и есть, но мне плевать. Мне просто необходимо узнать об этом, потому что мой мозг отказывается верить в это.
Эвери издала протяжный вздох и кивнула.
— Ладно, первое и самое важное – смазка.