— Ладно. Что ж, я подумал, что, может, ты захочешь принять ванну после того, как мы сделаем это. Может это поможет с болезненными ощущениями. Я ведь понятия не имею, как себя ведёт женское тело после.
— Мне немного больно.
— Хорошо. Так что я купил пену для ванны и подумал, что приготовлю ее для тебя, — Марк покраснел. — Не переживай. Мне помогала девушка в магазине. Она дала мне соль для ванны. Что это вообще такое? И ещё всякие штуки.
Я захихикала.
— И я могу сидеть с тобой или же оставлю тебя одну на какое-то время, если хочешь. Всё, что захочешь, — он замолчал на мгновение. — Что думаешь? Я совсем слащавый?
— Я думаю, что ты самый милый парень во всём мире, — я бросилась к нему, обвила руками его шею и крепко поцеловала. Мне и в голову не пришло, что я все еще истекаю кровью. Она была размазана по моим ногам, а теперь и по нему.
— Я хочу тебя. Опять.
— Ох, Кейденс. Может, нам стоит подождать.
— Нет.
— Но я не знаю, смогу ли… — он взглянул вниз и осознал, что сможет.
Он снова занялся со мной любовью, осторожно и требовательно, как и в первый раз, а потом усадил меня в ванну, напоил вином и дал мне время побыть одной. И я считала себя одной из самых везучих девушек в мире, раз уж мой первый раз был таким особенным, милым и значимым.
Следующие четыре недели наш мир был похож на мечту.
Глава 20
Приноравливание к отношениям
Но никто не может вечно жить в сказочном мире. Реальность об этом позаботилась. И я осознала, что становлюсь небрежной в своём обмане. У меня чуть не случился сердечный приступ, когда вечером пятницы я поздно вернулась домой от Марка.
— Где ты была? — спросил папа.
— Ты о чём? Я была с Эвери.
— Я звонил.
Я замерла. Потрясение, и сердце моё сжалось, я знала, моему миру пришел конец.
— Я звонил матери Эвери. Она сказала, что ты ушла рано, — продолжил папа. — Где ты была?
Выбора у меня не было. Я должна была снова солгать. Ложь на высоком уровне лжи. Дышать становилось всё трудней.
— Я соврала, — начала я.
— Я знаю об этом, Кейденс. А теперь расскажи-ка мне, где ты была.
— Я ходила в торговый центр.
— Торговый центр?
— Я подумала, ты мне не разрешишь пойти, поэтому ушла пораньше. Я просто…уже столько времени прошло с моего последнего шоппинга. Мне этого не хватает, пап. Я была уверена, ты скажешь, нет. Прости.
Мне хотелось прикончить Эвери. Я писала ей, и она ответила подмигивающим смайликом. Грёбаная Эвери. Она самый осторожный человек из всех. Какого чёрта случилось, что она не вспомнила, что я должна была быть с ней?
— А где покупки?
Я быстро соображала.
— Я ничего не покупала, потому что не сказала тебе, куда иду. Как бы я зашла сюда с пакетами с одеждой?
— Зачем тебе врать мне насчёт торгового центра, Кейденс? Это даже не такое уж большое дело. Ты уже показала, что заслуживаешь доверия. Я бы не отказал.
— Прости. Нужно было просто спросить. Я думала, ты не захочешь, чтобы я шла куда-то одна.
— В торговый центр? Меня не беспокоит, если ты пойдешь туда одна.
— Ну, я не знаю, о чём могу тебя просить, а о чём нет, пап. Ты был со мной довольно суров, — за всё время разговора я впервые произнесла правду.
— Тебе пришлось заслужить его, Кейденс. Тебе пришлось заслужить моё доверие. И ты сделала это, так что не начинай отступать. Просто говори мне, когда куда-то собираешься.
— Есть, сэр, — мне так сильно хотелось спросить, зачем он звонил маме Эвери, и он как будто бы прочитал мои мысли.
— Я звонил миссис Тэтчер лишь потому, что ни ты, ни Эвери не отвечали. Я хотел узнать, что ты будешь на ужин.
Моё сердце растаяло. Лишь немного. Папа обычно не делал ничего такого милого, и из-за своего вранья, я чувствовала себя особенно ужасно.
— Мексиканскую еду, — произнесла я, и усмехнулась.
Папа ухмыльнулся.
— Что ж, думаю, парочку остановок я смогу сделать.
Кто был этот мужчина? Он должен был наорать на меня и наказать за враньё.
Я практически взлетела по лестнице и закрылась в комнате после того, как папа уехал за ужином. Я сразу же позвонила Эвери.
— Да?
— Какого хера, Эвери? — заорала я в телефон.
— Какого хера? — спросила она, в замешательстве.
— Ты не могла вспомнить, что я у Марка?! Не смогла придумать, как соврать для меня. Ты же должна быть в этом охренительно хороша!
— У меня выбора не было, Кейденс. Мама объявилась неожиданно. Она знала, что тебя здесь нет. Я сказала ей, что ты пошла домой рано из-за того, что нехорошо себя чувствовала. Не знала, что ей позвонит твой папа. С каких это пор твой отец стал звонить моей маме?