Все академии располагались за городом, у них была своя инфраструктура, и по рассказам, даже получше столичной. Здесь студенты жили весь учебный год и бывали в городе только по выходным. Высшая медицина, экономика и юриспруденция, технологии и дизайн. В рекламе такие места не нуждались, потому что поступить сюда можно только по наследству от закончившего ее предка, или по внушительным связям, и поэтому для всех нас они представляли немалый интерес.
Ольга повела плечами и заерзала:
— Ну это точно не дизайн. Сеня, а мы в какую академию-то едем?
Староста натянула на голову платок и потупилась:
— А я не уточняла, думала юридическая, откуда в художке команда по клюшкованию, там девки одни…
Я отвлеклась от череды черных двухэтажных построек по бокам и свесилась в проход, чтобы разглядеть в лобовое стекло главный корпус. Мощные резные ставни из красного дерева тут же впились в глаза. Какой-то Кощеев дворец, а не учебка…
— Уж точно не мед, — сказала я.
На прогрессивную общину, коими виделись нам все академии, это место вообще было не похоже. Мне, конечно, впору радоваться, вдруг и сарафанами тут никого не удивишь.
Автобус остановился, и мы нехотя потянулись на улицу, где сбились в плотный комок и боялись сдвинуться с места. Центральное здание академии было поистине исполинских размеров, и нависало над нами вычурной громадой, как черная грозовая туча.
Но стоит отдать должное организации, — вся немалая мощеная камнем территория была очищена от снега, и валенки не зря остались валяться под сидением в автобусе.
Клюшкари были одеты в красные с желтыми полосами спортивные костюмы, и когда они вооружились огромными сумками с экипировкой мы с девчонками стали выделяться ни так яростно, хоть вкупе наша пестрая компания смотрелась здесь, как горстка леденцов в вороненом котле.
— Красота, — не стесняясь оценивал нашу ошалелую компанию физрук, по совместительству главный тренер. — Да нам с такой группой поддержки и обереги не нужны!
Мы скромно улыбнулись Петру Степанычу, и медленно двинулись вслед за парнями ко входу. В том, что заведение элитное, никто из нас не сомневался уже начиная с ворот. Обрамленные витиеватой ковкой из черненого серебра входные двери и вычищенный двор это подтвердили, но когда мы зашли внутрь скрыть восторга все равно не удалось.
Мы сгрудились у самого порога и старались вести себя, как воспитанные городские особы, ведь золотыми шпросами на высоких окнах, бархатными шторами с кисточками и коврами на каждом углу нас не удивишь, но главное здесь было не в роскоши. Каждый дюйм академии был пропитан духом нави, силой заговоров и благословений. Если бы мы не работали с подобным изо дня в день, могли бы и не заметить, но обережная вышивка очень развивает восприимчивость. Там и стежок чувствовать надо, а здесь каждый карниз сделан вручную с большим трудом и благодетелью. Мы старались держаться изо всех сил, но уже спустя минуту охали, как деревенщины.
— Да-а-а, Петро. Я смотрю, честно выигрывать вы не собираетесь! — громогласно прокатилось по залу. — Это что за красна девицы?!
Мы встрепенулись, отложили изучение резных сюжетов на перилах и дружно поклонились стоящему на лестнице невысокому мужичку в черном костюме, которого даже не сразу заметили. Холщовые штаны и простая подпоясанная красным кушаком рубаха на нем чем-то напомнили мне пижаму Олега, только сидели они все равно что брюки и смокинг. Мужик с интересом нас рассматривал и улыбался, поправляя седые усы. Где-то я его уже видела…
— А ты как думал! В этом году все силы брошены, — ответил ему физрук. — Это наши вышивальщицы. Хотят изучить предмет для “секретной” курсовой работы, — перешел он на шепот. — Надеюсь, не проблема?
— Шутишь? — внезапно нахмурился мужик и резко воссиял. — Наши двери для народников всегда открыты. А для красавиц и подавно!
— Это что за богатырь-угодник в отставке?.. — шепнула Ольга.
В голове будто лампочка зажглась. Да это ж Сорочинка! Кто-то позади поперхнулся на вдохе. В глаза сразу же стали бросаться молоты Сварога, без которого тут не обошлась ни одна картина или резьба. И как сразу не доперли?! Конечно, для нас это фактически родные стены, и за академию это место никто не считал. Юридический… А то как же.
— Что ж! Я рад приветствовать вас в стенах Сорочинской академии, чувствуйте себя как дома, — улыбнулся мужчина нам и перевел взгляд на спортсменов. — А вы чего встали? Дорогу забыли, карту начертить?! — рявкнул он так грозно, что даже у меня нога дернулась.