С поля донесся звонкий треск. Княжна взвизгула. Мы повскакивали с мест и увидели, как Вадим кубарем катится под лавку Молотов с обрубком вместо клюшки. Нас окутало протестующим свистом. Ноль-один! Мы радостно закричали и захлопали в ладоши.
— Какой кошмар! — заорала Ольга. — Разве так можно?!
Парень подрагивая поднялся на четвереньки, тряхнул головой и отбросил от себя деревянный обрубок.
— Нормально, — вздохнул Борис. — Жить будет.
— Шутишь?! — верещала Ольга. — Да у него кровь идет! Вон, на лбу!
— Ну зашел неудачно, нечего котелок под удар подставлять. Сейчас подлатаем.
Игра и не думала останавливаться. Только Вадим встал и поднял пустые руки, ему на смену пулей вылетел другой игрок.
Чернявый дохромал до базы, рухнул на скамейку и зарычал. Придурошную улыбку, которая, казалось, не покидает его даже во сне, сдуло без следа.
— Ну получат сейчас, ироды…
— У вас кроме мази нет что ли ничего?!
— Бинты ему пока без надобности, — оправдывался перед беснующейся княжной Борис.
— Так, сиди, щас пластырь найду, — причитала она, зарываясь в сумку.
Мы надулись, чтобы не заржать. Смешного в моменте было не много, но самодовольная чернобровая рожа расцветала буквально на глазах, и смотреть на это без содроганий было невыносимо. Плюс, мы ведем, — отличные новости!
— Да ладно тебе, красавица, — говорил Борис, со своей высоты попинывая Вадима по плечу. — Тут царапина-то. Миллиметр! Больше симулирует.
— Нифига себе! Ты видел, откуда я летел, да там метров десять со свистом! Больно, вообще-то…
Болельщики черно-белых вскочили, арена содрогнулась, и нас накрыло громогласным ором. Один-один.
Вадим выхватил новую клюшку из стойки и шустро поднялся:
— Да чтоб его! Степаныч, выпускай!
Тренер махнул рукой, и запасной игрок быстро вернулся на скамейку, пересекаясь с Вадимом аккурат на оранжевой линии разметки. Ольга обреченно плюхнулась обратно. Наш шальной за эти считанные секунды очень подрос в глазах всей группы. Метров до четырех, как минимум! Игрок несомненно важный, и когда он орал, что мы без него проиграем, вроде как даже не шутил.
— Борис. Почему Данияр сказал, что его будут сливать?
— У нас тренировочный матч, и это нормальная практика, смотри. Они пытаются выбить его с поля в три клюки, но оставляют центр пустым, и у нас появляется шанс прорваться к лунке и забить. Вадим основной игрок, естественно, без него команда ослабеет. Они рискуют, мы рискуем, они тренируют защиту, мы нападающих. Во втором периоде поменяемся местами.
— А в третьем?..
— А в третьем будет мясо, — улыбнулся мне Борис.
В следующий раз Вадим вылетел с поля спустя аж десять минут, когда мы вели два-один. На этот раз бинты ему тоже не понадобились, но дойти до скамейки уже помогали, придерживая с двух сторон. Счет сравнялся. Мы следили за игрой как завороженные, бормоча неразбериху себе под нос. Вроде никто не запрещал болельщикам заговоры на победу читать, и хоть мы явно проигрывали в количестве, Вадя прав, и тут качество важнее. Хотя в этом мы, скорее всего, тоже проигрываем…
Пусть поступить в Сорочинку куда проще, чем в другие академии, но общая строгая дисциплина и работа с черновиной закаляют дух и характер. Там любой заговор филигранная работа, ведь с обережной магией сложно переборщить, чего не скажешь о темной.
Я поежилась и пошевелила пальцами на ногах. Околела окончательно, а еще два периода, которые неизвестно насколько растянутся. Попытка влезть в кеды провалилась, потому что они просто задубели, и в итоге я осталась практически босая.
Пойти погреться в академию теперь виделось мне страшнее кошмара. Сарафан не сможет не привлекать внимания, про пуховик и подумать тошно. Была бы юридическая или дизайн, там единицы умеют вышивку читать, да и сами любят нарядиться по последнему писку, пусть и не в сарафаны, но явно во что-то цветастое, а здесь…
Вадим отдышался и снова ринулся в бой. Ольга на этот раз аплодировала уже не так активно и больше вздрагивала после каждого удара. Достается парню знатно, с этим не поспоришь, но еще одно очко, и придет черед следующего бедолаги.
Про Тихомира Борис не соврал, с его быстрыми рывками я уже знакома, но в масштабах поля это выглядело куда более впечатляюще. После того, как Молоты надели шапки, различать их стало еще сложнее, но глаза привыкали, и того же предсказателя я спокойно примечала и периферийным зрением.