Я тоже покинула поле ожесточенных сражений, облокотилась на ограждение и быстро нашла в черно-белой толпе желтые глаза, хотя планировала посмотреть куда-нибудь в другую сторону! Точно “довыпендриваюсь”, потом как влюблюсь с дуру в не пойми кого…
Но чем этот плох?
Тихомир активно разминался в окружении товарищей по команде, и совсем не выглядел, как «перекати-поле». Пусть не богатырь, но человек наверняка хороший. Подумаешь, суеверный, может ему так жить проще, на неуверенного в себе он точно не похож. Я бы даже сказала наоборот. Пришел, команды раздал, кеды забрал, ушел. Разве тюфяк так сможет?
Данияр перехватил мой взгляд и киношно прошелся по его маршруту до самой головы Тихомира. Я сразу нахмурилась и отрицательно замотала головой, но он уже хлопнул товарища по спине, и теперь указывал носом в мою сторону. Предатель!
Ну и ладно…
Я девочка, а он сегодня мой Иван-царевич и волк в одном лице, хочу и смотрю! Это ж надо, не дал спикировать лицом в снег с такой высоты, все равно, что жизнь спас. А еще дорогу показал. Имею полное право влюбляться хоть с первого взгляда, и никто меня не осудит. В любом случае, я ж не собираюсь ему письма писать или увиваться хвостом, у нас и возможности такой не будет.
Тихомир сощурился, скользнул взглядом до ограды и вопросительно задрал брови. Все за обувь переживает.
Я снова высунула между прутьев носок валенка, на что он поджал губы и удовлетворительно кивнул, и вроде бы отлично “поговорили”, но отворачиваться Тихомир не стал, и замер столбом посреди разминки, сложив руки на груди.
Ну ладно… Мы вроде как даже знакомы. Хоть и не знакомились.
Я приложила руку к своему плечу и дернула головой, в ответ он крутанул локтем и показал “класс”, после чего стукнул себя пальцем по носу и сощурился.
Ну ничего, и это пройдет, — пожала я плечами и улыбнулась.
Тренер молотов вернулся со “стратегической” папкой в руках и позвал всех строиться, наши олухи быстро забили на вышивальщиц и поползли “разминаться” поближе к их стройным рядам. Это подумать только, один наш Степаныч с заправленными в валенки спортивками и их команда консультантов в фирменных одеждах. Казалось бы, такая разница, а счет равный. Потому что не важно оно все, и тут, и там, одни и те же люди с клюшками и безудержным рвением к победе. Все, как в любви.
— Мила, ты че там делаешь?
Вадим ушел, и делать сразу нечего стало…
— Воздухом дышу.
Тихомир встал в строй в самом конце, обернулся, закрыл глаза и лениво крутанул головой нечто в стиле “достали эти разборы, я и так молодец”. Суеверия вообще-то к дисциплине приучают, а тут почти что хулиган!
Ольга свесилась с ограждения и закрыла мне обзор:
— А…
— Милослава, а че происходит?
— Разговариваем мы, — буркнула я. — А на что похоже? Уйди, — легонько толкнула я ее в плечо.
— Ты не забыла, случаем, за кого мы болеем?..
Вот пристала! Нет бы радовалась, что претенденток на сердце ее супергероя нет, откуда этот патриотизм проснулся? Некоторые девчонки из группы, оказывается, вообще были уверены, что у меня если не муж, то жених точно есть, отсюда все эти “Миле пофиг, давайте ей всех женатых отдадим!”
Парни вокруг не вьются, мама сваха, вот пасьянс и сложился совсем не в ту степь.
— Не забыла я.
Вецка подперла меня с другой стороны:
— Ты смотри, Мила, аккуратнее, может это все неспроста. Сорочники привороты еще на вступительных экзаменах сдают.
Теперь я ощущала на себе еще с десяток сочувствующих глаз.
— Да отстаньте вы, — спокойно сказала Есения. — Пусть милуются, вам-то что.
Ольга обернулась на старосту:
— Здрасте приплыли! Мы, вообще-то, тут за победой.
— И чем Милослава нашей победе помешает, интересно?
— Ну она за соперников болеет, так-то не правильно…
Вот умеет же бесить! Нашла себе фаворита, теперь будет выделываться перед ним, что есть мочи.
— Ольга, парень меня сегодня очень выручил, предлагаешь на него, как на врага смотреть? — старалась я говорить спокойно, ведь спектакль уже вышел далеко за пределы наших пары рядов. — С чего ты взяла, что я за них болею?.. Тихомир же не вся команда!