Вик промолчал, радуясь тому, что в темноте не видно выражения его лица.
— Было здорово, правда? — сонно пробормотала Марджори.
Вик буркнул нечто неопределенное, но Марджори такой ответ удовлетворил. Валиум, наложившийся на непривычные сексуальные экзерсисы, очень скоро оказал свое действие. Дыхание Марджори стало глубоким и ровным. Она спала.
По-видимому, Вик тоже задремал. Его разбудил какой-то звук, который он поначалу принял за собственное сердцебиение. Взглянув на табло будильника, Уилкокс увидел, что уже четверть второго. И тут он понял, это не сердцебиение, а звучание низких частот музыкального центра в гостиной. Отрывок из фильма, который Вик смотрел перед сном, навеял ему такую картину: Сандра и Клифф, ослепленные страстью, танцуют щека к щеке. Уилкокс заставил себя выбраться из постели, сунул ноги в шлепанцы, и когда глаза привыкли к темноте, снял с крючка на двери ванной свой халат и тихонько выскользнул из спальни. На лестнице и в холле было темно, лишь тусклый огонек охранной сигнализации помог ему спуститься по ступенькам. Свет из-под двери гостиной не пробивался, но музыка играла. Вик открыл дверь и вошел.
Он почувствовал себя путешественником, который по чистой случайности попал в пещеру, где расположилось на ночлег какое-то кочевое племя. Единственным горевшим в комнате светом были язычки газового пламени, мерцавшие среди ложных дров в камине. Они-то и освещали полдюжины тел, полукругом развалившихся на полу. Вик включил верхний свет. Шестеро парней, одним из которых был Реймонд, моргая, уставились на него, держа в руках банки с пивом и тлеющие сигареты.
— Привет, па, — сказал Реймонд с неподражаемым радушием, которое всегда отличало его, если он был навеселе.
— Что здесь происходит? — поинтересовался Вик, затягивая потуже пояс своего халата.
— Просто зашли с ребятами, — ответил Реймонд.
Вик уже видел всех этих парней, хотя и не знал, как их зовут, потому что сын никогда не утруждал себя представлением своих знакомых. А сами они, кажется, не были способны представиться. Вот и теперь ни один из них не поднялся с пола, не проявил ни малейшего признака уважения или замешательства. Все так и лежали на полу в потертых пальто и громоздких ботинках, которые они, по-видимому, никогда не снимали, и безразлично взирали на Вика из-под отвратительных панковских причесок. Все, как и Реймонд, либо бросили колледж, либо так и не нашли в себе сил туда поступить. Жили на пособие и за родительский счет, проводили время в пабах и бренчали в музыкальных магазинах. Все они играли на гитарах всевозможных форм и размеров, лелея мечту когда-нибудь сколотить группу, хотя никто из них не знал нотной грамоты, а издававшийся ими совокупный шум был столь ужасен, что им редко удавалось найти помещение для репетиций. Вику было достаточно одного взгляда на эту компанию, чтобы ему мучительно захотелось возродить воинскую повинность, работные дома или ссылку — все что угодно, лишь бы заставить этих бездельников поднять задницы и заняться чем-нибудь путным.
— Где Сандра? — спросил Вик, обращаясь к сыну. — Она пришла?
— Спать легла. Недавно вернулась.
— А этот… как его?
— Клифф пошел домой.
Реймонд, как всегда разговаривая с Виком, смотрел не ему в глаза, а себе под ноги и покачивал головой в такт музыке. Вик огляделся. Он чувствовал себя весьма неуверенно в пижаме и халате — предметах туалета, которых ни один из этих парней не носил с тех пор, как достиг половой зрелости.
— Это мое пиво? — поинтересовался Вик, и ему тут же стало стыдно за свой вопрос.
— Да, а что, нельзя? — отозвался Реймонд. — Я куплю со следующего пособия.
— Я не против, пейте на здоровье, — ответил Вик, — только не надо блевать на ковер.
— Это был Вигги, — объяснил Реймонд, уловив намек на то, что случилось несколько месяцев назад. — Он с нами больше не приходит.
— Неужели образумился?
— Не. Женился. — Реймонд ухмыльнулся и бросил лукавый взгляд на друзей, которых эта новость тоже забавляла. Некоторые хрюкали и гоготали, другие содрогались от беззвучного смеха.
— Бог помочь его жене, больше мне сказать нечего, — бросил Вик. Перешагнув через несколько пар вытянутых на полу ног, он добрался до стереосистемы и убавил громкость и басы. — Сделаем потише, — пояснил он, — а то разбудите маму.
— Ладно, — милостиво согласился Реймонд, хотя не хуже Вика знал, что разбудить Марджори теперь сможет разве что ядерный взрыв. Вик уже шел к двери, когда Реймонд добавил: — Погаси свет, ладно, па?