Глава 3
5 лет назад
Аляска, Анкоридж
На подъездной аллее к чудесному дому семьи Кауфман слышится легкий хруст гравия под колесами машины главы семьи.
Синтия быстро встает со своего места, и спешит к двери, что бы открыть Остину, как он любит, приветствуя его дома.
Достигнув выхода, она замедляется, наблюдая следующую сцену через небольшие окошки в двери.
Очаровательная соседка – Бри, спешит наперерез Остину, минуя свой уродский белый заборчик.
Брикс хочет выйти, желая опередить соседку, и отвлечь мужа, но не успевает.
Рыжая подходит к мужчине, и протягивает руку для пожатия. Улыбается.
Он сжимает хрупкую белую кисть женщины в своей руке, и представляется в ответ. Лицо Бри недоуменно вытягивается, она оглядывается на дом, и начинает, смеясь рассказывать о чем-то, жестикулируя, и демонстрируя Остину кудри над своей головой.
Впрочем, Синтия догадывалась, о чем они говорят.
Бен.
После его визита прошла всего пара дней, и весть о том, что он представился Остином, рано или поздно должна была достигнуть ушей мужа.
Брикс понимала, Кауфман расценит это как вызов. Как демонстрацию неповиновения. Как предательство.
Девушка вытирает вспотевшие ладони о ткань своего платья в мелкий цветочек, и открывает двери. Показывается на крыльце.
Несмотря на промозглый дождь, она в легком платье. Потому что оно ему нравится.
Бри и Остин оборачиваются на девушку, и первая приветливо машет хозяйке дома. Синтия машет той в ответ и улыбается, улавливая недобрую улыбку на лице мужа.
Наконец, они прощаются, а молодая жена терпеливо стоит на крыльце, обхватив себя руками и ждет.
Муж решительно разворачивается от соседки и широкими шагами идет к дому.
Синтия улыбается ему и целует в щеку.
- Привет. Как прошел день?
Она привычно забирает его портфель с бумагами, и, сжимая его руку, заводит в дом, с легкой улыбкой.
Синтия пытается расслабиться, но не выходит.
Остин сухо здоровается, и выпутывает свои пальцы из ее хватки, громко захлопывает за собой двери.
Девушка вздрагивает и замирает в паре шагов от мужа.
- Я приготовила телятину, - тихо говорит она, - Как ты любишь.
Кауфман мрачно смотрит на нее, запуская руки в карманы, и никак не реагирует. Только буравит девушку взглядом.
- И пирог со смородиной, - Синтия отчаянно старается делать вид, что все в порядке, - Ты наверняка, проголодался. Идем.
Девушка улыбается мужу и протягивает ему руку, в слабой надежде, что они смогут еще жить нормально. Ведь до этого жили как то.
- Так значит, - начинает он, - к тебе приходил Ньюман?
Рука Синтии безвольно падает. Она затравленно смотрит на мужа, потом, что бы хоть как-то занять свои руки, ставит его портфель на угол дивана. Бережно и осторожно.
Распрямившись, она нервно трет ладони и кивает.
В следующий миг получает размашистую пощечину, от которой падает по инерции, больно ударяясь коленями о пол.
- Он тебя трахал?
Синтия удивленно поднимает глаза на Кауфмана, не в силах поверить, что он ее ударил. Вне постели и каких-то игрищ, а именно в знак собственного недовольства это было впервые. Да и так сильно, что мир перед ее глазами закачался неистово.
- Остин…
- Трахал?! – муж хватает ее за волосы на затылке, и дергает, вскидывая лицо молодой жены к себе, - Как трахал? Тебе понравилось? Раком? Или по-обычному?
Горячие слезы катились по ее щекам, пока она пыталась понять, и решить какую тактику поведения выбрать, чтобы не ухудшить ситуацию.
Но все же, в глубине души, она понимала – чтобы не сказала, все будет не так.
- Тебе ведь плевать на правду, верно? – дрожа всем телом, от боли и обиды, говорит Синтия.
Остин разжимает пальцы, отшвыривая ее как мелкую букашку, и снова бьет по лицу.
- Ты такая же шлюха, как и моя бывшая, - приговаривает он, сдергивая Синтию с пола, и швыряя на диван, как куклу.
Брикс вскрикивает, но не пытается защищаться, шокированная происходящим. Остин зло задирает ее платье, рвет белье, берет ее злобно и все приговаривает:
- Он так тебя трахал? Нет? Твой Ньюман никогда так не сможет.
Синтия безмолвно соглашалась. Она никогда не замечала такой жестокости со стороны Бена.
Кауфман кончил, и поспешил в ванную комнату, оставляя жену поверженной и оскверненной. Брикс спешно подтянула юбку на колени, скукожившись, словно младенец.
Но он прав. Она сама виновата. Не стоило встречаться с Беном.
Остин выходит из душа, свежий и улыбающийся. Приметив Синтию, что уже сидела и тихо плакала, обхватив себя руками, мужчина присел с ней рядом, и нежно провел рукой вдоль девичьего позвоночника.
- Прости, принцесса. Вышел из себя, - он хмыкнул, словно бы все это было очень смешно, - А, у меня для тебя подарок.
Кауфман отыскивает свой портфель и быстро достает из него квадратную коробку, в которой очередной комплект нижнего белья.
- Вот, - сует его в дрожащие руки жены, - А теперь иди, умойся и накорми меня, наконец, ужином.
Синтия тяжело поднимается на одеревеневшие ноги и бредет к крану, все еще сжимая в руках «подарок».
- Боже мой, - Бен недоверчиво смотрит на ее лицо, где после того дня расплылся синяк, - Что случилось?
Они сидели в уличном кафе, посередине оживленной улицы. Ньюман настаивал на встрече, хотя самой Синтии очень не хотелось видеть его. И вообще из дома выходить.
- Ударилась, - отмахивается она, и нервно надевает солнечные очки.
День выдался ясным и солнечным.
Ньюман протягивает руку и накрывает ее кисть, своей.
- Мое предложение все еще в силе, - заговорщически замечает он.
Брикс качает головой. Она не могла сказать Бену о том, что Остин обещает убить его, и Аманду тоже, если Синтия от него уйдет. Грозит сделать ужасные вещи. И девушка верит ему, потому что знает, какой он. И каким был его брат.
Девушка воровато отдергивает руку, и оглядывается. Не видел ли кто? Но прохожим нет никакого дела до них.
Бен хмурит красивые брови.
- Я не могу, ты же знаешь, - вымученно отвечает она.
- Почему?