Она беременна.
Спустя несколько часов, и несколько тестов, она понимает, что все бесполезно. Все без исключения полоски показали положительный результат.
Она была пьяной, выпивая после каждого теста по стакану, на голодный желудок.
Потом, Синтия решила, что было бы ни плохо выйти в окно.
Распахнув створки, девушка села на подоконник, свесив ноги наружу, и любуясь серым ночным городом. Мокрыми улицами, круглыми шляпками разноцветных зонтов. Проезжающие машины оставляли шлейф красно-белых разводов от фар, в ее пьяном мозгу.
Тело такое легкое, невесомое. Она его почти не чувствовала. Импульс оттолкнуться пришел так же внезапно.
Мгновения полета Синтия помнила плохо. Но чувство эйфории и красно-белые разводы краской отпечатывались в ее мозгу. Это последнее, что она помнит.
Все. Темнота, как освобождение обступает ее. Наконец-то, все закончилось.
Сан-Антонио, Техас
4 года спустя
Жизнь в компании офицера полиции казались просто раем. Сегодня был чудный, солнечный воскресный день. Синтия сидела на качели, что располагалась на мансарде дома Вордо.
Джесси игрался рядом, катая машинки и что-то рассказывая себе под нос, на клетчатом пледе, что она постелила в тени раскидистого дерева в паре метров от нее.
Синтия задумчиво посматривает на сына, отрываясь от книги то и дело, которую пыталась читать. Это был какой-то дешевый хорор, и она все никак не могла сосредоточиться на происходящем, боясь выпустить сына из поля зрения.
Ей постоянно снились кошмары. О Джесси.
Об Остине. О смерти.
Она принимала антидепрессанты, который прописал ей полицейский психоаналитик, но они не помогали.
Синтию преследовали сны, даже сейчас, в ясную и солнечную погоду. И вместо залитой солнцем лужайки, она видела проезжую часть, и фургон, что сгребает ее трехлетнего сына с дороги под ее пронзительный крик, этой ночью.
Всякий раз, когда ей снится нечто подобное, мозг выталкивает ее в реальность, и она подолгу не может прийти в себя. Лежит в темноте, судорожно прижимая к себе Джесси.
- Привет, дружочек, - из-за дома показывается Идрис.
На его футболке выступили влажные пятна от пота, испарина покрывает лоб и мощные руки, но он улыбается широко. И Синтия думает, что неужели у этого человека не бывает плохих дней?
Джесси радостно бросается к Вордо, и тот едва успевает отставить лопату, которой работал на заднем дворе.
Идрис загорелся идеей разбить небольшой бассейн, что бы Джесси мог купаться. Синтия сомневалась в благоразумии этой идеи, но противоречить не считала уместным. Они же здесь не так надолго.
Джесси принялся рассказывать мужчине, сколько машин и какого цвета у него есть, пока Брикс наблюдала за ними с улыбкой.
Офицер Вордо, с достоинством выдержав натиск ее сына, наконец, направился к дому.