-Ты заболела после смерти Альфредо. Этого следовало ожидать.
Я повернулась и улыбнулась ей.
-Это было большим потрясением.
-Так было лучше для него, - сказала она и хлопнула себя по бедрам. - Медленнее, Фанни. Мы подъезжаем к Фиертино.
Желудок сжался, я испугалась, что Фиертино не будет похож на тот город, который я воображала себе все эти годы; я притормозила.
И...да. Здесь была базарная площадь и церковь за ней, ряды пыльных платанов и лабиринт узких улочек, разбегающихся из центра.
И... нет. В Фиертино моего отца наверняка не было автомобильных пробок, рекламных щитов, современных кварталов, расползшихся вокруг старинного сердца города.
И все-таки...
Мы проехали мимо центра, обогнули площадь, а Бенедетта все не унималась. Строители обманули англичан - им это любой здесь мог сказать - новая стена, которую они построили, пошла трещинами и обрушилась, так что большинство растений в саду погибло во время жаркого лета. Они были достойны худшего презрения за свою гордыню и нежелание обратиться за помощью к местным жителям.
-Они сбежали домой, бросив свой дом в беде.
Casa Rosa стоял в стороне от дороги примерно в четверти мили севернее Фиертино. Пыльная дорога вела круто вверх, я настолько сконцентрировалась на управлении машиной, что не сразу заметила дом. Я вышла из автомобиля, подошла ко входной двери и в ту же минуту пожалела, что не увидела его на пять секунд раньше.
Окрашенный в оранжево-розовый цвет, выветренный до тонких кварцевых прожилок, Casa Rosa был двухэтажным домом с плоским фасадом. Никаких украшений, ничего особенного, но он заговорил со мной так, что заставил меня задохнуться от неожиданности. Я должен стать твоим, сказал он.
О"кей, подумала я. Все ясно. Это немного неудобно, потому что я живу далеко отсюда, но, по крайней мере, все понятно.
Высокие узкие окна на первом этаже, закрытые длинными ставнями, и окна поменьше наверху. Черепичная крыша, такая же источенная ветрами, как штукатурка, такая же старая и негодная. Уродливые щели в каменной кладке, шрамы от обвалившейся плитки, тонкое деревце, растущее из дымохода. Даже самый непритязательный глаз не мог не заметить его отчаянного состояния и заброшенности.
Бенедетта пожала плечами.
-Нужна настоящая laPassione, чтобы вернуть его к жизни.
Я прищурилась и сосчитала окна. Казалось, дом ждал решения своей участи.
Входная дверь уступила с трудом.
- Alloral, - сказала Бенедетта. - Это свинья.
Наше появление в холле вызвало шорох насекомых, наши ноги подняли облачко пыли. Бенедетта щелкнула языком.
-Очень плохо. Но не беспокойся. Я приду и уберусь.
-Нет, не надо. - Я обняла ее рукой за плечи. В моем голосе звучала собственническая нотка. - Я сама.
-Ничего хорошего, - категорически заявила Бенедетта, когда мы осматривали кухню.
-Но не безнадежно, - возразила я.
Плита была хотя и древняя, но чистая и в рабочем состоянии; хотя краны и заросли немного плесенью, но раковина не протекала. Посуда была сложена на полке, а коробок спичек лежал на блюдце рядом с плитой. Свечи были вставлены в бутылки из-под Кьянти, и воск расползся по деревянной столешнице кухонного стола.
Наверху находились три спальни и ванная комната размером с тазик со стоком в полу. Главная спальня была во вполне приличном состоянии, а кровать была расположена так, чтобы сидящий в ней мог иметь полное представление обо всем происходящем в Фиертино.
Перед моим взором открылось пылающее голубым огнем небо, пурпурно-коричневая гряда округлых, как груди, холмов, серо-зеленые оливковые рощи у их подножия и виноградные лозы, ровными рядами взбирающиеся вверх по западному склону. У меня перехватило дыхание.
Бенедетта восприняла беспорядок в доме, как личное оскорбление, и извинялась со слезами на глазах.
Я втащила мой чемодан в спальню и поставила сумку на кровать.
-Бенедетта, - я достала урну и развернула ее. - Ты должна помочь найти мне правильное место для моего отца.
-Ах, - она коснулась пальцами крышки. - Альфредо. Мы должны хорошо подумать. Это важно. - Ее пальцы лежали на урне. - Может быть, священник... Я думаю, что Альфредо хотел бы быть над городом на склоне холма.
-Может быть, - сказала я, - но я должна осмотреться. Я найду самое красивое место.
Бенедетта тихо рассмеялась.
-Твой отец был замечательным человеком.
Глава 16
-Бедняжка, - сказала Мэг.
Я позвонила, чтобы сообщить, как добралась до места и упомянула некоторые факты о состоянии дома. Не было никакого смысла объяснять Мэг, что заброшенность дома имела свои преимущества. Его печальное состояние перекликалось с моим душевным настроем. Не было смысла рассказывать Мэг, что Casa Rosa был идеальным пристанищем для беглой жены и матери.