Годы и годы в карусели благотворительных базаров, обедов Ротари-клуба, встреч с избирателями. Четыре предвыборных гонки... и вот я здесь.
Я открыла мой ноутбук и в свете свечи перечитала мой отзыв о Брунелло. "Копия винограда Санджовезе, но более насыщенная. Концентрированный и яркий букет с оттенком граната и кориандра.
Если бы я много лет назад не оттолкнула Рауля так далеко. Если бы я не пришла в отчаяние и ужас от нашей близости, если бы моя невежественность не оказалась столь мучительной, моя жизнь сложилась бы по-другому.
Что-то зашуршало в кусту майорана на краю лоджии. Мышь во влажной от жары шубке? Комар опустился на сгиб локтя, где выступили бисеринки пота. Я точно знала, что сказал бы Уилл, увидев меня с моими заметками: "Вино - это только вино. Жизнь людей гораздо важнее". Он действительно верил в это. Конечно, у него не было никаких оснований любить алкоголь.
Зазвонил телефон.
-Разве мы не договорились? - Спросил Уилл. - Почему ты не отвечала на звонки? Что происходит?
Я почесала комариный укус.
-Отбиваюсь от крылатых вампиров. - Мой голос звучал неестественно весело. - Ты в порядке?
-Так себе.
-Уилл? - Был подходящий момент, чтобы сказать "Угадай, кто приехал? Рауль. Он оказался здесь рядом."
- Ты же знаешь, что такое политика, Фанни. - Да, я знала, что такое политика. - Я не могу убедить тебя вернуться домой?
Я зажмурилась.
-Нет.
В его голосе прорвался сдерживаемый гнев.
-Я не понимаю, что происходит, возможно, это моя ошибка, но о тебе спрашивали вчера за ужином в университете Стэвинтона, и на других мероприятиях. Я не могу говорить людям, что ты просто прогуливаешь.
-Но ведь им нужен ты, а не я.
-Ты исчезла так внезапно, - возразил он. - Ты никого не предупредила. Я словно проснулся и обнаружил, что живу с человеком, которого совсем не знаю.
Это признание порадовало меня. Оно подтверждало, что наша жизнь не была столь предсказуемой и однообразной, как я привыкла думать. Я прихлопнула еще одного комара.
-Разве у тебя не все под контролем?
-Прекрати.
-Уилл, я подсчитала, что отработала на тебя пять тысяч семьсот сорок пять дней моей жизни. Только потому, что взяла на себя одно обязательство в день нашего бракосочетания. Минус двести шестьдесят шесть дней родов и праздников.
-Так много? - Парировал он. -Надо же, как летит время.
Я не успела взять себя в руки и рассмеялась.
-Так то лучше, - сказал Уилл.
*
На следующее утро за завтраком Бенедетта казалась усталой и грустной. Я забеспокоилась, что прибавила ей слишком много работы, но она махнула рукой.
-Это из-за моего сына в Милане, - сказала она. - Думаю, он приобрел плохие привычки. И боюсь, что он тратит слишком много денег. Ничего не откладывает. Я зову его приехать домой. Я говорю, что ему нужна его мама. - Она растерянно развела руки. - Он тоже говорит, что должен приехать ко мне. Но как это сделать?
Что делать? Вопрос, который мы все задаем себе.
Я сидела за столом, пила кофе и ела хлеб с абрикосовым джемом. Луч солнца пронзал кухонное окно и освещал изображение Мадонны в массивной рамке, стоящей на полке среди кастрюль.
-Бенедетта, - спросила я. - Как была разрушена ферма?
Бенедетта сложила руки на столе.
-Это было очень плохо. Тебе не надо это знать. В этом не было никакого смысла.
-Пожалуйста, расскажи мне.
Она тяжело поднялась на ноги.
-Мне надо проверить помидоры.
Я последовала за ней. Было только 9:00, но солнце уже пощипывало кожу. Бенедетта шла между грядками и вырывала сорняки.
-Лусилла была сестрой твоей бабушки, - призналась она наконец.
-Я не знала, что у нее была сестра.
Бенедетта пожала плечами.
-Когда ей исполнилось девятнадцать лет, она вышла замуж за фашиста и уехала жить в Рим. Я была еще маленькой, но сплетни... Фашисты заставляли людей воевать, они приезжали из Рима, избивали мужчин или забирали их в тюрьму, если они отказывались. - В рассказах о войне довольно много сходства, и я могла предположить, что произошло дальше. - Этот человек приехал с Лусиллой в большой машине и потребовал, чтобы все мужчины Фиертино шли в армию. Ни один из членов семьи не стал говорить с Лусиллой, и нам, детям, запретили подходить к ней. Я помню, как мы шли по дороге с братом, а она стояла за воротами Fattoria, плача и рыдая. В конце концов, муж посадил ее обратно в машину, и они уехали. - Бенедетта сорвала два спелых помидора и дала один мне. - Ешь, Фанни.